И в это же время… Они пытаются. Пытаются найти в себе силы восстановить хоть что-то. Пытаются держаться и искать новые связи даже через силу и боль, чтобы жить и чтобы сражаться.
Поток образов шёл прямо в голову. Жёстко, без жалости. Я уже видел подобные вещи. У других народов. Много раз. Но здесь и сейчас всё было не так…
Я чувствовал это так, словно всё происходило и со мной, а сам я был прямым участником всего этого.
Глава 8 Это моя Этараксийка. И я никому ее не отдам
Воспоминания отпустили меня резко и это было довольно неприятно.
Ещё секунду назад я тонул в чужой боли, в обрывающихся связях, в криках, в пустоте, которая оставалась внутри Этараксийцев после каждой новой утраты, а в следующий миг вновь увидел солнечный свет, небо и поляну перед собой.
Ноги тут же повело, а голова закружилась. Я чуть пошатнулся и глубоко вдохнул, стараясь вернуть себе опору и ясность мыслей. Воздух пах сухой травой и чем-то терпким, что сразу вызывало контраст и некоторый диссонанс в мою мозгу, после того, что я только что увидел и ощутил.
Подумать только… Саша наверняка живёт с этим каждый день.
Не просто носит в голове отдельные картины или воспоминания, а именно живёт этим, ощущая всё, как королева.
Для ещё совсем молодой девушки, которая только недавно была вынуждена взять на себя это бремя, это слишком тяжёлый груз…
Сам я никогда и не задумывался а также не знал, что королевы именно так ощущают свою народ. Связь — это и дар, и проклятье для них.
Саша стояла неподалёку, спиной ко мне. Чуть запрокинув голову, она смотрела в небо.
Не знаю, что именно она пыталась там найти. Может, просто собиралась с мыслями, возможно ждала, когда в себя приду я. А может, ей и самой нужно было хотя бы несколько секунд тишины от всего того, что она видит.
Я мог бы уже давно вынырнуть из этих ощущений, но хотел понять общую картину. Оттого и задержался в них.
Я смотрел на спину девушки и в этот момент Саша начала медленно поворачиваться.
Когда я увидел её глаза — ещё до того, как она повернулась полностью, — мне на миг показалось, что в её взгляде мелькнула грусть. Всего на одно мгновение. Настолько короткое, что его легко было бы принять за игру света. Но я всё же успел заметить.
А уже в следующую секунду на меня вновь смотрела не та Саша, которую я знал раньше.
Передо мной снова стояла королева Этараксийцев.
Спокойная. Собранная. Бесстрастная.
— Это были лишь краткие мгновения, — произнесла Саша ровно, глядя мне в глаза. — И лишь часть того, что испытал мой народ. Увидев это, вы всё ещё будете утверждать, что не стоит проводить казнь над ублюдками? И всё ещё будете их защищать?