16 июня состоялась битва, в которой 80 тысячам поляков противостояли почто 70 тысяч пруссаков. По ходу герцог Брауншвейгский поставил под ружьё ещё двадцать тысяч крестьян и горожан. Хвалёных пруссов хватило лишь на два дня, после чего сражение стало побоищем. У одной стороны оказался очень высокий стимул, обеспечивший действительно массовый героизм и даже жертвенность при необходимости. А что вы думали, «чтобы поляки да за свою Варшаву!»… Убитыми, ранеными и пленными не стали лишь те, кто первым начал разбегаться с поля боя — те самые ополченцы. Конечно, к ним присоединились и другие. Общее число сохранивших свободу оказалось порядка 15 тысяч (по идее потенциальный резерв будущей армии Пруссии). Теперь Александру и его соратникам предстоял нелёгкий выбор: или начать завоёвывать бывшие польские земли на западе, или расправиться с Кёнигсбергом. Ни о каком Берлине Чарторыйские и иже с ними думать не собирались.
И правильно, по сути, делали. Зачем нужны сейчас дальние походы, когда под рукой плоды висят. Александр вдруг понял, что следует прислушаться к советникам, чтобы какое-нибудь заседание Сейма случаем не оставило без короны.
— Константин Павлович, не берите в голову, — успокаивал я старшего брата, — нужно радоваться тому, что Саша сократил армию Пруссии ешё на пятьдесят тысяч человек. Осталась лишь берлинская группировка.
— Денис, а вдруг мы не справимся?
— У нас есть выбор. Пруссакам не одолеть нас в сражении, только зря остатки армии потеряют. Но и нам нет смысла штурмовать Берлин. Пусть Александр с поляками берут себе Кенигсберг, а потом займутся экспансией на запад, в Померанию. А мы…
Я описал примерный план того, как вынудить Фридриха-Вильгельма согласиться с потерей части территории, но ни в коем случае не оставлять совсем без армии.
— Дорогой брат, мобилизационный ресурс Бранденбурга не так велик. Оставив в покое прусского короля мы сохраним буферное государство опосредованно защищающее Россию от Франции. Естественно, что царь будет помогать нам отбиваться от Наполеона при необходимости.
Конечно, все планы выглядят наивными, как и предыдущий, который привёл к создавшейся ситуации. В данный момент многое зависит от переговоров с приехавшим Талейраном. Создание Королевства Вестфалия, как дочернее для Французской империи, было удобно обеим сторонам и уже не зависело от Берлина. Талейран остался доволен тем, что я забрал себе лишь кусочек Ганноверского курфюршества по Аллеру и дальше до Эльбы. На остальное не претендовал, как и на герцогства к западу от бременских земель. Правда. сам город Бремен удалось оттяпать в свою пользу. Константину достались права на Мекленбург. Но ему придётся самому заняться приватизацией, французы помощь при всём желании не могут оказать.