В ноябре началась фигня — Зубовых простили и разрешили вернуться в Петербург. Братья, на радостях, затеяли пьянки-гулянки, ну и нагулялись, добавив головных болей даже самому Макарову, главе Тайной экспедиции. Действительно, одного из них прикололи стилетом (блин, как в воду глядел), причём во время посещения сортира. Вроде офицерья полно, коли обмывают возвращение, повсюду однобразные лакеи класса «прислуга» шлындают, а не углядели. Стало одним Николаем Зубовым меньше (а нефиг в ближайшем будущем табакерками в висок бить!).
А вот того брата, который Платон, никто не тронул. Он задержался до декабря в своих далях. И безногого Валериана тоже не тронули, хотя пакостный, говорящий гадости рот, и следовало заткнуть. Но человек в инвалидной коляске, поэтому вокруг постоянно кто-нибудь ошивается, чтобы помощь оказать. Вот и не стал неведомый служка его трогать, чтобы не наругали и в угол не поставили раньше времени. В шестнадцать-то лет любой заблуждается, что ещё вся жизнь впереди, даже тот, кто рождён более шестидесяти лет назад, да ещё и в будущем.
В общем особого скандала из происшествия не случилось, но слухов, сплетен и толковищ оказалось множество. Причём никакого арапа в балаклаве никто не видел. А прислуга, как и положено в сословном обществе, вся на одно лицо. Поди разбери, кто свой, а кто мимо проходил. Вроде все свои по залу бегали а если кто возле отхожего места ошивался…
Глава 9
Глава девятая
Год заканчивался хорошо и я стал домашним-предомашним. Дружески обзывал своих мадамок «графинями Вишенками», чёрт знает где не болтался и в мастерских почти не появлялся.
— Молодому офицеру следует уметь танцевать, Денис, изволь регулярно заниматься с учителем. Рано или поздно нас допустят в свет и будешь выглядеть медведем.
— Правильно, Ирэн, — поддакивала бабушка, — стыдно не владеть танцевальным умением. Пан Чигиринский, кстати, великолепно водит. Учись у него тоже.
— Да учусь я, учусь. Смотрите какое славное «раз, два, три» у меня получается.
И всё бы хорошо, но неожиданно простудился и помер Дерибас, безо всякой сторонней помощи. В нынешние времена и ковид не нужен, когда никаких антибиотиков ещё не разработано. Однако слухи пошли, мол, сбежал человек от расследования хищений таким способом. Или подельники помогли это сделать, подлив чего-нибудь в лекарство. Лишь бы никто не узнал с кем он воровством занимался. Павел Первый всё больше наводил дисциплину в стране и всё меньше нравился богатеям и чиновникам. Точнее, он совсем не нравился, но пока спихнуть его с трона и посадить туда послушного мечтателя Саша не удавалось.