Впрочем за миномётами и торпедами пока гонки нет. Слава богу, научились капсюли делать, а то брандтрубка давно готова для ударного замка. Арефьевцы, помолясь, начали производство новых капсюльных винтовок, подшаманив недоработки разных узлов старых, с кремнёвыми замками. Калибр, как по мне, великоват (шесть линий вместо пяти), но загваськивается меньше. Бумажный патрон тоже сварганили, как и затвор под него. Кстати, лучше, чем у будущего Паули и Дрейзе получилось. Те умники гремучую лепёшку почему-то поверх пороха в патрон клали. Для бойка нужна была длинная игла, чтобы и дно, и сам порох проткнуть, а у нас она короче. Наша лепёха, как раз на донышке и находится. Но запускать в серию не хочу, ружьехоллов, именуемых «альберками», вполне хватает.
Хорошо, что царь-батюшка всерьёз занялся реставрацией Сестрорецкого завода. А то на нём всё больше всякую металлическую ажурную фигню производили для архитектуры Петербурга. Сейчас и пруды, и плотины, и каналы какие-то восстанавливают. Ну и сооружения для произвоства и складов новые строят. Деньги-то от игрушки массового потребления хорошо пошли.
На днях беседу с Аракчеевым имели о спецподразделениях. Пока новая система подготовки лишь для гатчинцев ведётся.
— Алексей Андреевич, может их повытаскивать из полков обратно?
— Трудно это будет, Денис, после того, как гатчинцев передали лейб-гвардии ни один полковник не хочет лишиться лучшей части своего полка. Если насильно забрать, то волнения можно спровоцировать.
Действительно, многие гвардейские полковники настроены негативно и любая искра может разжечь пожар мятежа. Основа, конечно, в том, что введение строгой досциплины по отношению к офицерам мешает их вольной жизни. Поэтому массово и ругаются, мол, муштра сплошная. Так и в Истории останется на столетия, именно в такой трактовке. Так что, по идее, проще создать в Гатчине комплексный отдельный полк, причём из новобранцев, которых переучивать не придётся. В принципе, там ещё два тренировочных городка построены, только уж очень далеко от центра Петербурга расположено всё. Никак не поспеть в случае смуты. Если бы самого Павла Первого в эту пресловутую Гатчину перетащить со всем правительственным кагалом, наверняка проще его охранять было бы.
— Ничего, государь одобрил дополнительный караул в Михайловском дворце из твоих егерских «фазанов», как ты их называешь.
Слава богу, а то мои личные «мужицкие охранники» всё-таки статусом не вышли. Как им мятежных гвардейцев забивать, если те сплошь дворяне. Не поймут-с! Впрочем, на базе подготовки на окраине столицы постоянно тренируются почти полторы сотни моих егерей и мушкетёров нового строя. И в самой Гатчине проходят подготовку уже не только егерская и новомушкетёрская рота, но и ракетчики, артиллеристы и кавалеристы. Эдакий отдельный комплексный батальон лейб-гвардии создан. А то, что я всего лишь капитан, а командую, так гвардейский же. Это, слава богу, приравнивается к обычному подполковнику. Ни фига себе, пельмень из меня получился, аж целый перец на грядке!