Тот так неожиданно возле меня возник, когда я собирался войти в шатёр, что аж дрожь пробрала. Вроде и отвод глаз никто на него не накладывал. Умеет подкрадываться, чего уж. Только вот на мне бы свои способности не испытывал.

Разведчик одет по полной форме, будто вообще не спал.

— Посты проверял. — доложил он.

— И как?

— Всё хорошо, милорд. Когда прикажете подъём объявлять?

— А вот как эти голубки проснутся, так и протруби в рожок. — киваю на стоящий по соседству с моим шатёр сестрицы, где кроме неё провёл ночь и милорд Монский. — Думаю даже, побудку не придётся объявлять, все сами встанут раньше них.

Ничего и никого не стесняются Агния с Карлом. И ладно. Имеют полное право. Я не ханжа. Кто без греха, как говорится, пусть первым бросит камень.

В поездке со мной лишь взвод Эрика, да наша лейтенант-маг Алиса Паттер, вон её палатка, в десятке ярдов от шатров разбита. Остальная часть роты дома, там полно ратных дел, одними только своими силами братья-монахи окружающие леса от всякой разбойничьей швали не вычистят.

С маркизой тоже взвод егерей, так что, наша стоянка не такая уж и маленькая. Правда, большинство спит под открытым небом.

Праздничный завтрак удался на славу, я сидел, чувствуя себя настоящим именинником не только в связи с днём рождения, но и потому, что мои кулинарные задумки были оценены по достоинству. Агния ведь весьма пресыщена и избалована разносолами и всё же похвалила, чувствую, искренне. Конечно, манты — это не молоки откормленных преступниками мурен, но тоже блюдо пока мало кому доступное, а, значит, деликатес.

Собрались в путь очень быстро. Настроение у всех приподнятое. Дорога домой всегда приятна. Вдвойне радуются мои служанки. В Готлине они произвели на горожан сильное впечатление своими столичными нарядами, на их фоне даже дворянки и богатые торговки смотрелись блекло, но, одно дело — центр графства, а, другое — герцогства.

В гостях у графа Олега мы тогда провели три дня. На этот раз отвертеться от проживания в замке не получилось. Для отвода подозрений в причастности к исчезновению виконта Виталия, я оказался готов потерпеть компанию его семьи, улыбался, рассказывал много разных столичных историй, ничего не выдумывая, и поведал о разгроме банды, самых главных злодеев в которой я и привёз с собой в Готлин на лютые казни. Девять человек, девять, мне пришлось приговорить, включая молодую жрицу лунного культа. Впрочем, все они вполне заслуживали смерти за свои злодеяния. Может не такую жуткую, но тем не менее.

— Надеюсь, ты не передумаешь? — с напором сказала в который уже раз Агния.