Ну, добралась, и ладно. Нашей с ней встречей мы оба обрадовались искренне, но поговорить так и не получилось, Нику сразу же взяла в оборот Мария, да и отдохнуть нашей пышнотелой красавице с дороги было необходимо. Ничего, ещё наговоримся. Она привезла мне письма, в том числе, и очень трогательное от Берты. Спасибо, спасибо, дорогая родственница.

Стою по другу сторону зала напротив семьи, ведь я лицо духовное, и мои соседи — прелаты городских и пригородной церквей справа от меня и клир храма слева. На мне, разумеется, сутана, лёгкая, летняя. Чувствую себя в ней намного комфортней, чем в своём парадном облачении милорда. Впрочем, украшениями не обижен. Помимо жезла на шее, все пальцы унизаны перстнями-амулетами, правда, половина их уже нуждается в восстановлении энергии.

— Согласен ли род Дитонских принять в семью миледи Юлиану? — спрашивает дядя Рональд, проводящий церемонию.

Слева от жениха стоит не его отец, а дядя, тот самый герой-полковник Василий Дитонский, не только отстоявший крепость Леотан, но и нашедший возможность совершить несколько удачных вылазок и нанести весьма существенные поражения виргийским полкам, заставив тех держать много сил для защиты своих тылов.

Родители, брат и обе сестры Андрэ тоже здесь присутствуют, стоят рядом с Марией и Джеем. Но так уж тут принято, что не им вести сына к статуе Создателя, возвышающейся позади епископа, а другому представителю рода. Ну, раз свидетели как у нас здесь не практикуются, то вполне себе неплохая традиция, правильная.

Для меня в церемонии заключения брака ничего нового нет. Хотя в основном я свалил их проведение на своего преднастоятеля Михаила, всё же парочку провёл лично, и порядок таинства знаю хорошо.

— Да согласен. — гулко ответил полковник.

На своего племянника он вообще не похож. Кряжистый, широкоплечий, с круглым лицом. По его стати сразу видно опытного вояку. Ответ Василия Дитонского вызвал бурю восторга под сводами храма, я чуть не оглох. Такое чувство, что народ до последнего момента не верил, что он скажет именно это. Впрочем, здесь каждое «да» вызывает такую реакцию собравшихся. Даже Снежная королева и Джей выражают восторг. Выражение лица Агнии не вижу, она стоит ко мне боком рядом с Юлианой, именно маркизе выпало сопровождать кузину к венцу.

В толпе ближе ко входу мельком замечаю мать Верды. Где-то с ней рядом наверняка и отец этой первой безответной любви Степа, и она сама. Там же поди и семьи Гертруды, и Чибита, и хрупкой Елены. Юльку я недооценил, она у меня более пронырливая, чем я думал. Хлопотала передо мной сразу за четверых моих бывших одноклассников, их родители тоже догадались подсластить жизнь служанке милорда Неллерского.