Гузам положил на стол здоровенный кошель, а Валентина тут же подтянула к себе: тридцать серебряных монет каждому! Не сдержавшись, я присвистнул.

— Я держу своё обещание и любую помощь буду оплачивать самым щедрым образом, — склонил голову Гузам. — Что же, теперь мне пора. Прошу не забывать об ещё одной награде — вы сделали уже много для её получения, осталось всего чуть-чуть. До свидания.

Вероника помотала головой, отказываясь говорить здесь, поэтому сначала доели завтрак.

Рынок гомонит как обсаженное воробьями дерево. Мы отошли чуть подальше, встав под тканевый навес одной из лавок. По улице гуляет приятный ветерок, да и большое стриодеальское солнце просто припекает, а не жжёт. И всё же разговор предстоит важный — не до нежностей на солнышке.

— Сладко поёт толстый соловей, — заключила Вероника. — И дарами умасливает, как кокосовый орех.

— Эх, вот бы сейчас молочка… — протянула Валентина и мне тоже вспомнился дивный аромат и жирный вкус.

— Мастер Гильдии сильно старался нам понравится, — заметила Агния.

У меня невольно вырвался глубокий и тяжёлый выдох.

— Я добавлю, что у нас действительно есть выбор, — не скрывая горечи, сообщил я. — Помню как в одной из игр, проходил сюжет сначала за одну из сторон конфликта, а потом за другую, но спустя долгое время — и не мог понять, почему в прошлый раз мне казалось, что они плохие… понимаете? Более того, не думаю, что Рейвиоллу шибко заботит судьба таракашек типа Лин и её отца. Спасибо хотя бы этот выбор, а не так, чтобы сюжетные ветки все как одна стягивались в воронку желаемого ею итога. Как в чёрную дыру какую-нибудь.

— Что нам делать, Матус? — посмотрела на меня Вероника.

— Всё просто, на самом деле, — вернул я взгляд, а потом оглядел остальных членов отряда, — найдём всех трёх лидеров бедняков и выслушаем их. Скорее всего, у них будет альтернативные условия для заданий.

Так и сделали. Первым, ожидаемо оказался отец Лин, мы снова сели чаёвничать и он изложил требования победы над Гильдией: изгнать колдуна Валида. Представителей этой профессии на землях Стриодеала не много, за каждого идёт борьба, поэтому они не знают проблем с деньгами. Каждый колдун — личность, поэтому и склонности у них всяческие. Кто-то падок на земные удовольствия: любит покушать, чем-нибудь одурманиться, послушать бродячие ансамбли музыкантов и предаться любовным утехам. Жителям Захолменской, в некотором смысле, повезло с Валидом, раз построив башню больше они никаких плат не вносили, если не считать ими же, в общем-то, заработанных денег в казне, что регулярно тратятся на Валида. Отец Лин дважды возвёл глаза к небу и поблагодарил Рейвиоллу, что ни юных дочек, ни сыновей водить к колдуну не приходится.