— Саня, послужил тут, пойдем и в мой дом.

— Я не Саня, я Викентий.

— Не удивительно, что никто твое имя запомнить не может. Но теперь буду звать тебя Викентий. Честно.

— Да не надо, — отмахнулся домовой. — Еще и других переучивать. Пусть будет Саня. Тоже хорошее имя. Я уж так, чтобы знал.

И тут же прыгнул в выставленный для этого дела сапог. А палатка, прежде напоминающая огромный шатер человек на тридцать, мгновенно уменьшилась до прежних размеров. Я даже едва успел пригнуться. Ладно, спасибо этому дому, как говорится…

Я сделал шаг вперед и последовал за Стынем.

* * *

Могучая сила двигалась по направлению к заснеженных холмам. Уже скрылся из виду Фекой, захудалая крепость, которая не стоила и упоминания великих правителей. Утонул в снежной бахроме Мертвый лес. Остались позади теплые палатки и дома.

Никогда прежде три Великих Города не объединялись сразу. Порой два заключали временные союзы, чтобы ослабить третий, неожиданно набравший силу. А затем с такой же легкостью эти союзы разрывали. Война, не ожесточенная, до полного уничтожения, а возведенная в культ религии, с временными уступками, перемириями, редкими масштабными боями, оказалась делом весьма прибыльным. И многие десятилетия поддерживала не только три Великих Города, но и целую Скуггу.

Однако теперь баланс был нарушен. Появилась иная сила, первобытная, сметающая все на своем пути. Которая могла разрушить не только прежние устои, но стереть с лица земли целую армию. Потому пришлось объединяться.

Не сказать чтобы правители были разочарованы подобным положением дел. Они умели договариваться, находить общие точки соприкосновения и получать выгоду. Правда, здесь выгода виделась весьма сомнительная и заключалась разве что в силе. Кто убьет ледяного великана, тот и завладеет его могуществом. Кощей станет кроном, а крон… шагнет за рубеж величия, оторвется на несколько рубцов от ближайших преследователей. Иметь такого воина под началом своей армии было бы серьезным преимуществом и не менее серьезной угрозой. Как лично для правителя, так и для противников, которые сразу же объединятся.

Потому и Гарай, и Монстур, и Ройс были задумчивы и предельно сосредоточены. Сейчас любое дуновение пронизывающего ветра или неосторожное движение воина могло спровоцировать ледяного великана. И тогда бы началась та самая битва, которую все три правителя ждали и которой они боялись.

У самых холмов воинство стало шагать медленнее, уже по колено утопая в снегу. Каждый оглядывался на соседа, каждый пытался двигаться в шеренге, чтобы, не дай Скугга, не вырваться вперед и не стать первой жертвой полубога. Даже кроны, шествующие в небольшом арьергарде и готовые сразу помочь вступившим в бой, казались напряженными, как струны.