— Вроде того. Только здесь они изображены грациозными. Аптекарь же рисовал грифонов более крепкими, приземистыми. И крылья у них мощные, чтобы такую тушу поднять.

Малыш обернулся на мгновение оторвался от ребрышек, взглянул на меня и недовольно щелкнул клювом. Неужели среагировал на слово «туша»?

— Это королевский грифон. То есть он будет еще больше.

— Но ведь это хорошо? — спросила Зоя. — Или не очень?

— Пока мнения расходятся, — честно признался я. — Вообще-то раньше их истребляли как не в себя. Я сначала думал, из-за того, что они опасны. А выяснилось, что по более простой причине.

— Какой? — Зоя подалась вперед.

Даже Куся перестал хрустеть костями. Словно тоже обратился в слух. Такая ли он неразумная нечисть, как мне рассказывали?

— Печень грифонов очень ценна. С ее помощью можно быстро восстановить промысел. Ну, хист, о котором я тебе говорил. Раньше его давали опустошенным рубежникам, и те за считаные дни вставали на ноги. А еще… — я замялся, не зная, как сказать. Лишь почувствовал, что уши сильно покраснели. — Короче, у этой печени была еще одна побочка. Значительно увеличивалось либидо. Как и почему — никто не понял. Это вроде как виагра. Пытались сделать лекарство от сердца, а второстепенный эффект оказался более интересным.

Куся фыркнул и продолжил хрустеть костями. Мол, отвлекли его ради таких глупостей.

— А ты откуда это все знаешь? — заинтересованно спросила Зоя.

— Рассказал один очень хороший источник, — ответил я, посмотрев в сторону своей комнаты. Прошка, наверное, все еще прятался под кроватью.

— Я Кусю никому не отдам! — резко заявила Зоя. — Он такой… беззащитный.

Судя по тому, что моя нечисть в полном составе и с разной степенью готовности замерла на пороге, они бы с ней поспорили. Я был уверен, что Лихо точно придет мне на помощь в случае чего. И Митя, само собой, хотя тут от него будет мало проку. Гриша мог выступить разве что в роли прибрежного ревуна. Начал бы причитать: «Посмотрите, что делается, хозяина убивают». Или, может, я наговариваю на беса?

— Зоя, ты чужанка. Если кто-то захочет отобрать грифона, тебя даже не спросят.

— Матвей!.. — она хотела сказать еще что-то, но голос сорвался.

Я уж думал, что прошлая железная леди не вернется. Но нет, как только дошло до дела, тут же выпустила шипы. Правда, вовремя поняла, что в другой жизни она имела на меня влияние. В этой все изменилось.

— Я подумаю, что с ним делать, — поторопился успокоить ее я. — Если честно, убивать его и сам не хочу.

Грифон вновь оторвался от трапезы, внимательно посмотрев мне прямо в глаза, словно оценивал правдивость моих слов. Да ни фига он не неразумный!