Вот что за «бог в помощь»? Я с этим рубежничеством, действительно, словно умом тронулся. Еще по-старославянски заговорю. Обычного «привет» было бы вполне достаточно.

Та разогнулась, уперев свободную руку в поясницу, и кивнула. Создавалось ощущение, что кикимора мне не очень-то и рада. Это ты погоди немного, сейчас я как осчастливлю твоего хозяина — вообще офигеешь.

— Федор Васильич дома?

— Дома, — подтвердила кикимора. — Обед готовит. Мне сказал в огороде поработать.

— Потому что лопату трудно сломать? — сыронизировал я.

— Ничего я уже не ломаю, — набычилась нечисть. — Просто плов женских рук не терпит.

Судя по интонации и манере построения фразы, это выражение Васильича. Я даже представил, с каким назидательным лицом он это произносит. И понял, как жутко соскучился по старику. Поэтому незамедлительно постучал в дверь и затем вошел внутрь. А чего, свои же люди.

Пахло умопомрачительно. Мясом, которое, по всей видимости, именно сейчас зажаривалось с луком и морковью в печи. Конечно, приготовление узбекского национального блюда в доме с исконно русским убранством выглядело необычно. К тому же печь была не вполне приспособлена для плова. Огромный казан приходилось часто вытаскивать, перемешивая содержимое. Я даже невольно засмотрелся, как уверенно действует Васильич, пока тот наконец меня не заметил.

— Матвей! Ты чего встал там, как не родной! Заходи, у нас плов. Ты голодный?

— Можно и так сказать!

Не то чтобы я был офигевший гедонист и решил собрать сегодня ачивку — пожрать у всех членов семейства… кстати, я в душе не представлял, какая фамилия у соседа. Короче, сначала у сына, а потом у отца. Просто дело в том, что с аудиенции у Бедлама прошло довольно много времени. Сначала мы вернулись с Лео обратно в Фекой, затем я поговорил с Анфаларом, с Форсвараром, потом с Анфаларом и Форсвараром. Еще попрощался с Аленой и только после этого «заскользил» к чуровскому проходу. Короче, времени прошло изрядно, чтобы успеть проголодаться.

— Смотри, мясо почти готово, сейчас рис засыпем. Я его в воде держу, потом промываю теплой водой, чтобы крахмал ушел. И беру всегда в одном месте, такой в магазине не купишь!

Я сначала пытался было рассказать про причину своего неожиданного визита, но пару раз открыл рот, закрыл и смирился. По крайней мере, потому, что мог испортить создававшееся произведение искусства.

Васильич безуспешно делился секретами высокой (для меня-то уж точно) кухни. К примеру, что надо не переборщить с водой, иначе получится рисовая каша с мясом, а не плов. И что обязательно нужно бросить ближе к концу сушеный барбарис. Он придает блюду небольшую кислинку.