— Ты должна радоваться, Блау! Радоваться! — я ударилась затылком о дерево. Раз — два — три.
— Радуйся, псаки тебя побери! Радуйся!!! — ещё один удар, и ещё. — Ты, — удар, — должна — удар, — радоваться! — удар. — Феникс сдох… радуйся же…
Но сейчас внутри не было ничего, кроме горечи. Я с силой растерла повлажневшие глаза пальцами.
Каро… такова плата.
Мы не были близки при жизни, но стали после…
«… старое бамбуковое дерево… горшок… триста империалов… некому позаботиться о матери…»
— Идиот, какой же идиот, — шмыгнула я носом. — Кто будет хранить империалы в горшке? Только идиот…
Ревела я тихо. Давилась слезами, прикусывая кулак, чтобы не дай Великий, не услышал никто в коридоре.
Нельзя, нельзя, нельзя. Придут, будут опять спрашивать, спрашивать, спрашивать… а я просто не могу больше. И даже плетения не наложить!
Победа на вкус оказалась очень соленой. И — горькой. Очень.
Я подумаю об этом — завтра. Что делать с Даном, последствиями, как вести себя на допросе… завтра.
И напьюсь — дома. Наберу аларийского из запасов Маги, возьму пирожков, закроюсь в дальнем стойле на всю ночь, и запру двери конюшни.
Кольца, которые на меня нацепили Аксель и Фей-Фей — все сплошь защитные, падали на столик с негромким стуком.
Завтра. Всё — завтра.
День всегда сменяет ночь. За темнотой всегда приходит утро. И хотелось верить, что сейчас — был мой самый темный час перед рассветом.
Рассветом, который многие больше никогда не увидят. И Каро. Больше никогда не увидит, и никогда не улыбнется мне…
…гордо поправляя на лацкане белое солнце дознавателей.
Покойся с миром.
Глава 26. Дестабилизирующий фактор
Хали-бад, через три дня после Прорыва шекков
Прием в честь закрытия Межшкольного турнира
Зал для приема был украшен траурными лентами по всем правилам и у каждого — обязательные повязки на рукаве — почтить смерть Наместника. Но в остальном, пользуясь тем, что порталы заблокированы, а может быть в качестве протеста — южане веселились. Совет кланов южного предела прибыл почти в полном составе. Единственные, кто ходили с постными и строгими лицами, пропуская танец за танцем — участники столичной команды и примкнувшие к ним, но явно желающие присоединиться к общему веселью — западники.
Седой магистр из Второго госпиталя Бель-ле склонился по-военному, приглашая на танец.
— Не знал, что у вас такой высокий статус, сира. Или мне стоит продолжать говорить — госпожа Су?
— Как вам будет угодно, — юбки взвихрились вокруг ног, когда старый целитель крутнул меня на повороте. Несмотря на возраст, силы у него в руках было ничуть не меньше, чем у Акса.