не больше двадцати лет, и он казался ровесником А-Цю. Его лицо без маски было бледным и будто скроенным из острых углов: резкие скулы, острый подбородок и острый нос, тонкие губы, сейчас плотно сжатые, белые брови, тоже угловатые, и длинные ресницы, обрамляющие полумесяцы глаза. Его серебряные волосы разметались по подушке, темные концы притягивали внимание. Сон юноши был беспокойным – об этом свидетельствовало откинутое в сторону одеяло и пальцы, вцепившиеся в простыню, а также лоб в испарине. Он был обнажен по пояс, бок аккуратно перебинтован, следов крови нет. Цин Юйдунь заключил, что юноше плохо из-за болезненной раны, а еще ему снится кошмар. Некоторое время Цзисюань равнодушно разглядывал Эрлана. Если бы кто-то сейчас зашел в комнату старейшины Цунчжэ, то посчитал бы, что тот размышляет, как избавиться от трупа. Наконец Цин Юйдунь будто очнулся и присел на край кровати. Он положил ладонь на голую грудь юноши и закрыл глаза, направляя свою ледяную ци в пылающий от жара средний даньтянь Эрлана. Темная ци, окутавшая его золотое ядро, в панике отступила, столкнувшись с чистой духовной силой старейшины Цунчжэ, а золотое ядро запылало ярче, встретившись со знакомым холодом. Маомао резко вздохнул, пальцы вцепились в простыню. Его прошиб холод, словно его сердце внезапно опустили в ледяную прорубь. Его веки задрожали, и он увидел над собой пару черных блестящих глаз. – Цзисюань… Глава 55. Явные проблемы с субординацией – Старейшина Цунчжэ, – машинально поправил Цин Юйдунь, когда на него уставились голубые глаза. Его рука на груди молодого человека чуть дрогнула, а затем старейшина ее убрал. Спасительная прохлада ушла вместе с ней. Маомао попытался ухмыльнуться, но улыбка вышла кривой и слабой. Он протянул руку и схватил Цин Юйдуня за запястье. Тот нахмурился. – Уже уходите? – спросил кот, чуть наклоняя голову. – Я не могу никуда уйти, это моя спальня, – ровным тоном отозвался Цин Юйдунь, свободной рукой отдирая пальцы юноши от своего запястья. – О, одно ранение, и вы уже принесли меня в свою спальню. – Улыбка Маомао стала еще шире. – Ведите себя прилично. Раз вы очнулись, следует выпить лекарство и еще поспать. Ваши раны затянутся быстрее, если полноценно отдыхать. – Цин Юйдунь поднялся, сделал два шага назад и натянул рукава на ладони. Лишь после этого он посмотрел на юношу на кровати. – Хорошо, – неожиданно послушно отозвался тот. – Давайте свое лекарство, старейшина. – Я? – От неожиданности Цин Юйдунь растерялся. – Вы же сказали мне отдыхать. Прикажете самому