Когда появятся враги, мы не знали и принялись ждать, готовясь к бою. Здесь нам уже удалось перевести дух и нормально поговорить.

Ребята, наконец, осознали, что Ориф живой и даже психически здоровый, чему были несказанно рады. Даже Дина, ранее относившаяся ко мне с каким-то внешним подозрением, сейчас взглянула на меня иначе, искренне произнося: «Спасибо».

Я пытался настроить людей на то, что нам предстоит очередное сражение, но все пребывали в какой-то эйфории от моего возвращения. Как я понял, многие уже успели смириться с тем фактом, что я, скорее всего, не вернусь. А тут я появляюсь живой, здоровый, вновь спасаю их шкуры, да ещё и с отличной историей о приключениях в параллельной реальности.

О моих похождениях по ту сторону, развесив уши, слушали даже ближайшие ополченцы, что заставляло их челюсти подметать скалистый пол.

Когда я рассказал про встреченных мною танкистов, уже больше всех удивлялся Игос:

— Не может быть! Перемещение такого количества живых существ с материальными объектами в преисподнюю невозможно!

— Он говорит правду, — подтвердила мои слова Аска.

— Нет! Я и не сомневаюсь! Но… это очень странно. Думаю, мы ещё услышим об этих ребятах.

— Так или иначе, дела преисподней находятся в преисподней, — пожала плечами целительница.

Я покачал головой:

— Не всегда. Я успел побывать в другом мире, где силы ада устроили настоящий апокалипсис в войне с эдемом. И жертвой стали простые люди.

— Бездна, ад, эдем… Как же, оказывается, на Земле скучно, — философски заметил Локи.

— Ну, уж нет. Я бы предпочла скучную Землю такому веселью, — ответила ему Аска. — Уж лучше на компе чертей гонять, чем всё это.

В целом, ей мало кто мог возразить. Легко мечтать об увлекательных приключениях в иных мирах, эпических сражениях и борьбе со злым злом, лёжа дома на диване, перекусив готовыми котлетами из вакуумной упаковки. Вот только, когда приходится собирать свои кишки по полу или же самому делать тяжёлый выбор, от которого зависит твоя жизнь и твоих близких, весь этот романтизм уходит на пятый план.

Для большинства людей. Я же сейчас взглянул внутрь себя и с некоторым ужасом обнаружил, что всё это мне… нравится? Нет. Не совсем. Но, тем не менее, вся эта боль, страдания, ярость, всё это делает меня живым. Да, я знаю, что лишь недавно я жаловался на то, что устал. Но здесь я хотя бы могу всё это выплеснуть. И раз уж покоя мне не видать, лучше боль, чем пустота.

Ждали врагов мы чуть дольше, чем рассчитывали. Но, в конце концов, на место стоянки прибежали дозорные и доложили, что противник приближается.