ночь, бушевал в предпоследнем стойле. Он был такой один. Остальные нервничали и шарахались от моего приближения, но только не он… Угрожающе фыркнув и беспокойно затоптавшись на месте, он чётко дал понять, что с ним нужно считаться. Вот ты мне и нужен, боец. Характер свободолюбивый и бесстрашный, всё как я люблю. Пока я здесь, на другой лошади ездить не буду. Спокойно зайдя в стойло и не разрывая контакта глазами, подошла к коню. У тебя нет шансов, красавчик. С любопытством наблюдавшие за мной слуги разбежались в стороны, когда я на полной скорости вылетела из конюшни. Конь подо мною брыкался и проверял на прочность наездницу, но не тут-то было. Я как будто срослась с ним, превратилась в стихию, ветер. После нескольких кругов вокруг дворца Боец, так я окрестила коня, подъезжал к центральному входу не сломленным, но немного присмиревшим. Я крепко держала его ногами, давая понять, кто тут главный. Хотя, думаю, мы уже обозначили позиции друг другу и обязательно сработаемся. То, что Дарион жутко недоволен, я увидела издалека. Он кривился, слушая причитания главного конюха, и буравил во мне дырку насквозь, пока мы подъезжали. — Чем тебе не понравилась кобыла? — сразу, без приветствия, заявил эльф. — Почему не понравилась? Милая лошадь… Для дамы, — кивнула я на курятник, сгрудившийся за спиной короля. Предводительствовала этим цветником разврата уже знакомая эльфийка, что была рядом с Дарионом на ужине. Я на всякий случай просканировала её. Так, ничего особенного: алчность, обман, высокомерие. Приторговываем должностями, травим конкуренток. Стандартный набор любимой болонки короля. — Я выбрал её для тебя! — продолжил гнуть свою линию эльф. — И она мне не понравилась, — ответила ему прямым взглядом. Ошейник начало покалывать, я понимала, что открытое противостояние ни к чему доброму не приведёт, но хоть убей, пересаживаться на клячу не собиралась. — Не стоило обо мне беспокоиться, я прекрасно держусь в седле, как тебе известно, — уголки губ Дариона раздражённо дёрнулись. — Но, чтобы получить право ездить на Бойце, предлагаю пари. Если перегонишь меня ты, тогда я сажусь на лошадь, если побеждаю я — Боец мой. Это был хороший способ, не уронив ничью честь, добиться своего. Дарион, похоже, был того же мнения. — Я согласен, — сказал он и без предупреждения пришпорил своего белоснежного жеребца. В первую секунду я растерялась, а потом, рассмеявшись, ударила Бойца ногами. Конь сорвался с места так, как будто только этого и ждал. Мы пронеслись дворцовыми ухоженными лужайками