за женой, а также за её языком. Ко всему прочему добавились ещё и плохие новости с севера. Нарыв снова вырос, а количество чудовищ, проникающих на территорию Альвхейма, увеличилось. Отряд не справлялся и просил прислать подкрепление, а также завуалированно интересовался, не нашли ли маги решение, которое позволит уничтожить Нарыв. И вот тут-то и заключалась самая большая проблема для Дариона. Айрэ. То, что казалось таким лёгким, пусть и неприятным вначале, переросло для самого короля в нечто большее. По мере сближения с девушкой его всё сильнее затягивали эти странные и сладкие отношения. Ему нравилась её улыбка, её волосы, глаза, то, как она дерзко смотрит на него, подбивая на очередную порцию ласки. Её честность и открытость удивительным образом сочетались с силой, а порой и жестокостью. Она говорила то, что думала, делала что хотела и любила так, как ей вздумалось. Он и не заметил в погоне за её сердцем, как она украла его собственное. Въелась под кожу и в мысли. Вертелась на языке сладким стоном: «Айрэ». Поэтому холодный, расчётливый и жёсткий король бегал от неё и Оракула днём, оттягивая неприятное решение, как мальчишка. Он видел, что Айрэ хочет поговорить о Нарыве, видел недоумение в глазах Айнона, но не мог заставить себя попрощаться и приговорить голубоволосую фурию, что так внезапно ворвалась в его жизнь. Как будто услышав мысли короля, в дверь номинально постучали и без приглашения зашли. По хмурой складке на лбу Айнона Дар определил, что разговор будет не из лёгких. — Мне очень нужно поговорить с вами, Ваше Величество. — Я занят, Айнон. Можем перенести этот разговор на потом? — попробовал избавиться от Оракула Дар. — К сожалению, нет. Я получил тревожные вести с севера, мой король. Нарыв увеличился, всё больше и больше монстров проникают на нашу территорию. Гарнизон не справляется с их наплывом. Кроме того, болезнь леса начала распространяться. Капитан опасается, что Нарыв скоро прорвёт. Но я думаю, вы это уже знаете и без меня. Оракул кивнул на отчёт с севера, который как раз лежал поверх остальных документов. Рука Дариона сама дёрнулась спрятать его, но он сдержался. Проблема очевидна, и глупо скрывать то, что и так хорошо известно. — Дарион, — перешёл на более близкое обращение Оракул, что позволял себе крайне редко, — мне тоже очень нравится Айрэ, и, если бы был другой способ… — Хватит, — прорычал король, не желая говорить на эту тему. Но Оракула уже было не остановить: — Мы нуждаемся в ней, Дарион. Она наш единственный шанс, и я прошу тебя