наружу. Пройдет буквально несколько мгновений, и эта рана на теле Альвхейма затянется, оставляя после себя рубец в виде выжженной земли. Но через годы и он исчезнет. Я уже не видела, как меч Дариона пронзил грудь Темного Оракула. Как он отбросил тело своего безумного сына и кинулся ко мне. Как мой народ — ланы — врывался в полчища ужасных чудовищ Хельхейма, кроша и разрывая их в капусту. Как они уничтожали остатки монстров после того, как Нарыв закрылся. Дарион держал моё тело на руках, прижимая к себе и укачивая как маленького ребёнка. Слёзы текли по щекам гордого короля, и он умолял: — Не умирай, Айрэ. Не смей умирать, чёртова женщина, когда я ради тебя пожертвовал целым миром, — покрывая моё безжизненное лицо поцелуями, он твердил и твердил: — Пожалуйста, не умирай. Поднимая ядовитую пыль, к нам подъехал Эрэдин. — Она мертва, эльф. Дарион поднял на него взгляд, полный горя, ненависти и отчаяния. Прижав бездыханное тело к себе сильнее, он замотал головой. — Нет, нет, не может быть… — Отдай нам её, эльф. Если Иггдрасиль будет милостив, возможно, он воскресит Айрэ. Спокойный голос лана продирался сквозь затуманенное горем сознание эльфа. Вздох, полный надежды, вырвался из груди Дариона. Он поднялся вместе со мной на руках. Крепко прижав к себе ещё раз и поцеловав веки, протянул тело лану. — Ты понимаешь, что, если Древо вернёт её к жизни, ты больше никогда не увидишь Айрэ? — Да. Но она будет жива, и этого мне достаточно. Эрэдин кивнул, взяв моё тело с рук Дариона, и аккуратно разместил его перед собой. Глава Дикой Охоты в последний раз взглянул на лицо эльфа, где застыли скорбь и надежда одновременно, и развернул своего призрачного коня. Свора сорвалась с места с диким улюлюканьем и лаем, оставляя за собой на развороченной поляне одинокую фигуру эльфийского короля. Эпилог Торее распахнуло кору, выпуская меня из объятий. Я лениво потянулась и скользнула на тропу за остальными ланами. Сегодня меня ждёт первая Дикая Охота. Я плохо представляю себе, что это. Только смутные образы всплывают в голове, но сразу же исчезают. Да, в отличие от других ланов, я не помню свою прошлую жизнь. Некоторые нужные мне знания появляются сами собой, когда надо, но рассказать, кем или чем я была раньше, не могу. Не то чтобы мне это мешало. Просто иногда накатывает непонятная тоска, объяснить происхождение которой у меня не получается. Да и не принято в нашем обществе вспоминать прошлое — ланы не поддерживают каких-либо привязанностей. Сегодня важный день. Я впервые встану в круг