— Куда⁈ — раскрывает рот София.

— Эм…Красные зори?

— А-а-а… Другие бы посчитали это честью. Отряд полностью состоит из оригинальных личностей. Сплошняком владельцы артефактного оружия и жива-мутанты.

— Мощные Васи?

— Ну-у, как бы объяснить… Среди них нет стандартных Полковоев. Но экзотическое оружие любогоиз «зорь» делает даже Воеводу неподготовленным против него. А еще они самые эффективные ликвидаторы из всех спецподразделений. Официально их причисляют к Имперским мечам, чтобы не светились.

— Хм, надеюсь толк с них будет, — Перун поднимает глаза на Софию. — Не подсядешь ближе? Есть что показать.

Ну наконец-то!

* * *

Дважды просить не требуется. Фыркнув для виду, София падает рядом со мной. Все же чуть отодвинувшись, я протягиваю ей смартфон. На экране бледный круг луны, алые астры и двое симпатичных влюбленных. Будто бы.

Глаза Софии округляются. В них мелькает такой искренний испуг, что сомнений нет: Гюрза хотела ужалить моих солнышек.

— Красивое фото, княгиня? — откидываюсь на спинку дивана. — Перелистни.

На следующем фото парень в зеленом мундире раздавливает собой клумбы, а девушка в синем платье отворачивается.

София хмурится, растирает запястья, словно руки резко затекли.

— Дашь мне слово? — лишь спрашивает мой пепельноволосый мегалодон.

— Зачем? — окидываю взглядом ее гибкую фигуру. — Сам знаю, что ты скажешь. Проверка на пригодность. Испытание на верность. Так?

— Так, — соглашается она, выпрямившись. Глаза ее вспыхивают лихорадочным огнем. — Всё так. Но, Перун, если хочешь знать…

— Неа, — обрываю ее порыв. — Не хочу.

Медленно приближаюсь вплотную. Моя ладонь задирает ее подбородок выше, София судорожно дышит. Наклоняюсь к приоткрытому рту.

— Хотя нет — одно спросить всё же хочу, — из меня вырывается резко. — Какого хрена, Соня⁈

Она застывает как статуя. Бледнолицая Венера прямо.

Я шумно выдыхаю. Успокаиваемся, демоник, ничего сверхстрашного не случилось. Вика отбилась от подосланного ухажера, до других девушек же клыки Гюрзы не успели дотянуться.

— Мне не интересно контролировать каждый твой шаг, — рычу ей в губы. — Но уясни одно. Я не хочу тебя обижать, поэтому не обижай нашу семью.

— Я поняла, — пытается она кивнуть, но держу цепко. Тогда она резко подается вперед и скользит губами по моим плотно сжатым губам. — Ругай меня, хорошо, но только не сегодня. Пожалуйста, сегодня мне было страшно за тебя…

Не добившись взаимности, она целует мои щеки, горячо дышит в ухо:

— Ведь я прекрасно знаю, что такое Преображенская слобода. Что за ужасы творят с людьми в застенках. И хоть тебя никому не сломить, я все равно боялась…