— В чем ты меня подозреваешь?
Японка прикусывает губу. Она чувствует жар и близость человека рядом, но протянув руку, касается лишь пустоты. Будто Перун отодвинулся, избежав ее касания.
— А тебя есть в чем подозревать? — спрашивает она.
— Кажется, если в командовании появится предатель, ты уже знаешь кого обвинить.
— Это будет целиком твоя вина, — рычит Аяно. Ее раздражает ощущение, будто она говорит с привидением.
— Конечно, — она слышит усмешку в голосе Перуна. — Главное, не струсь.
— Если кто и трусит, то это ты, — японка пытается взять его на слабо. — Прячешь лицо…
Неожиданно силуэт Перуна заслоняет от нее звезды.
— Значит, тебя волнует мое лицо, — она слышит скрип кожаных ремней, а через секунду ее лицо опаляет дыхание из освобожденных губ. — Хочешь его посмотреть или потрогать?
«Он слишком близко» — думает Аяно, но почему-то не отшатывается. Вокруг слишком темно. Она не видит даже белков глаз Перуна, только странное золотое свечение.
— Или, может, поцеловать? — невидимые губы совсем близко. Миг — и они уже касаются ее кожи, находят рот, впиваются. У Аяно захватывает дыхание. Только спустя несколько секунд она пытается отстраниться, но Перун не отпускает, наоборот, прижимает сильнее. И Аяно сдается под его натиском. Ей мерещится, что у Перуна раздвоенный язык, как у змеи, а своим языком она царапается об его акульи зубы, но не отстраняется. Она пьяна, ей хочется пить, и Перун увлажняет своей слюной ее сухой рот.
Наутро Аяно просыпается раньше остальных, укрытая теплым пледом. Кто принес его? Она знает. Нет, поправляет японка себя, не знает. А это был лишь сон. Восхитительный сон.
* * *
Рубрика «Легендариум демоника Перуна». Хохмы читателей.
— А «Зори» сегодня тихие, — сказал демоник Перун, застегивая ширинку. Автор: Иван Иванов
«Ох, мать вашу, лучше зачищу весь ад, чем вот это всё» — подумал Перун на 8 марта. Автор: Фил Майкрофт
Глава 23 П — принцип Обстоятельства переменчивы, принципы никогда. Оноре де Бальзак
— Тесновато, — отодвинув полог, заглядывает Белоснежка в наш новый шатер. Вокруг дружинники ставят солдатские палатки не в пример меньше. Но когда Свету волновали другие люди?
На следующий день, после купания, мы с поляницами, «зорями» и третью дружины покинули Алмак, чтобы присоединиться к лагерю главнокомандующего. Князь Николай наконец достиг пригородов Кандагара и расположил командование в поместных усадьбах. Само войско поставило палатки в усадебных персиковых садах, и нам, будто бы опоздавшим, тоже не досталось роскошных домов афганской знати.
— Для чего тесновато? — хмыкаю. — На ночь все равно все вчетвером заваливаетесь ко мне в раскладушку.