— СУКА. ВЫ. ВСЕ. СДОХНЕТЕ!
* * *
Рубрика «Легендариум демоника Перуна». Хохмы читателей.
Рецепт №712 из поваренной книги Перуна «Тысяча и один способ приготовления демонов в собственном соку»
Варанидов как следует ПОСОЛИТЬ и поперчить по вкусу. Жарить не нужно, после просолки они сами покрываются хрустящей корочкой. Готовность блюда легко определить по чириканью.
Автор: АмалияМ
Глава 15 В поисках
— Г̀͌д͌̀͝е͋͌̒ о̾͋͝н̈́̓и̓̾͋⁈
Мой рев отдается эхом от стен туннелей. Тяжелый панцирь, сформированный из мильфинового полисплава, отражает красный свет аварийной тревоги. Гудят сирены. На опорный пункт моджахедов напали. Я напал.
— Г̀͌д͌̀͝е͋͌̒ о̾͋͝н̈́̓и̓̾͋⁈
Из-за поворота выныривает взвод басмачей. Боевики вскидывают винтовки с лазерным прицелом. Лязгают затворы, щелкают курки. Град свинца обрушивается на меня.
Я бегу на черные дула, не скрываясь. Не используя Отвод. Просто незачем. Пули с грохотом рикошетят от тяжелых лат. Подствольные гранатометы лишь пачкают шипованную броню черной гарью.
Благодаря семени сэра Носорога, броня разрослась в толщину в пять раз. На лбу шлема вырос железный рог. Под ним горят два багровых глаза, щерится хищный рот. Дар Хаоса сплавил меня со стальной тушей. Теперь мы с металлом едины. Любые нагрузки мне нипочем, любой удар моя шкура выдержит. Любой физический урон невозможен.
Каждый шаг тяжелых сапог отдается громом в утробах гор. Я достигаю басмачей и, не останавливаясь, сношу их, как вырвавшаяся на тротуар фура сминает пешеходов. Жуткий замес из раздавленных врагов остается позади. На моем роге застревает вопящий моджахед.
— Перун? — окликает меня Бестия. В ее голосе клокочет страх.
Я оборачиваюсь к «зорям». Хватаю басмача на роге. Резкий рывок дергающегося тела — и мертвый афганец отбрасывается на пол, как дырявый мешок. Вся команда вздрагивает от легкой небрежности смертоносного движения.
Даже на Аяно-занозе лица нет. Она окончательно потеряла инициативу, едва мы вступили в туннели панисламского лагеря Коньяк. Запрятанный глубоко в горах он использовался британскими инструкторами для тренировки моджахедов. Так подозревали в штабе армии. Официально же здесь учили вере Аллаха.
Едва я получил пряди волос своих девушек, то сразу рванул сюда. «Красным зорям» выбора же не оставил.
В «клубе» польский балет прервался на середине. Все в тронном зале смотрели, как я трясущимися пальцами перебираю разноцветные локоны. Еще не до конца веря в увиденное. Эхо моего крика не успело утихнуть полностью. Доживали последние отголоски. Будто кричал призрак хана Алмака.
— Перун… — Мишель попыталась коснуться моего плеча.