— Убригаду-убригаду-убригаду! Спасибо-спасибо-спасибо! — она осыпает поцелуями мою маску. Резко отстраняется, бронзовые пальцы подцепляют край личины.
— Эй, нельзя! — пытаюсь ее остановить, но пальцы с длинными ногтями резко дергаются, и звон кевларовой пластины о древний камень пола оповещает, что поздно рыпаться.
Мишель осматривает меня счастливыми глазами и впивается в губы. Жадно, ненасытно. Ее быстрые руки уже шарят по моей куртке, щелкая застежкой.
— Вперед, в кровать, Перун! — не слезая с меня, настойчиво сжимает она мои плечи. — Теперь моя очередь показать тебе чудо!
— Обойдус…
— Тсс, — бронзовый пальчик нежно касается моих губ. — В кровать!
Дважды отказываться дураков нет.
— Сама напросилась, — одним прыжком достигаю раскладушки и кидаю мировую кинозвезду на простыню. Девушка раздвигает ноги и, схватив меня за воротник, притягивает к себе. Я падаю на нее. Сплющиваю своим весом ее формы, утрамбовываю девушку в матрас. Раскладушка жалобно скрипит раз, другой, и с жутким скрипом ножки разъезжаются прямо под нами. Бах. Упав, мы даже внимания не обращаем, и я продолжаю сжимать Мишель. А она, придавленная, с тяжелым придыханием накрывает своим карамельным ртом мои губы и тянется языком глубоко мне в глотку, словно желая зачерпнуть из моих легких немного воздуха….
* * *
Рубрика «Легендариум демоника Перуна». Хохмы читателей:
Таксист, подвозивший Перуна, всё-таки намазал спасибо на хлеб. Автор: GLZ
Имперский Военкомат скрывался от Перуна, пока ему не исполнилось 27 лет. Автор: GLZ
Глава 11 Кот который гулял сам по себе
— София, рад твоему визиту, — выдавливает Юрий Долгоногий.
Раскинувшись на софе в помятом домашнем костюме, граф даже не встает перед дамой. Только указывает на кресло напротив. София с обворожительной улыбкой присаживается. Беловолосая, словно усыпанная снегом, в строгой юбке и приталенном пиджачке.
— Прекрасно выглядите, граф, — врет княгиня, не смущаясь.
За последнее время он сильно сдал. Многое навалилось на сенатора. Провал миссии в Афгане, пленение сына, затем скоротечные мгновения его счастливого обретения — и вновь страшный удар: будущий наследник изуродован. Юрий видел снимки. Через n-ое количество лет во главе Дома Долгоногих встанет человек в маске и с протезами вместо пальцев. Званые обеды для него будут закрыты — за столом принято снимать перчатки, а его руки отобьют у любого аппетит.
— Спасибо, что спасла Диму, — морщится граф. — Жду-не дождусь его доставки.
— Сейчас юг Афган наводнен боевиками, — София делает вид, что верит. — Там еще иномиряне объявились. Но скоро моя дружина очистит для вашего сына дорогу в Мазари-Шариф, к трапу первого же самолета. Тогда Дмитрий вернется в светское общество как герой.