— Так, — киваю. — Как и тебя.

— Зачем ты так? — расстраивается она. — Я же не собираюсь…

— А раз не собираешься, то будь повежливей.

— Д-да, прости.

Кали вздергивает подбородок.

— Блин, тебе же тридцатник! Жесть — я встречаюсь со взрослым мужиком!

— Тебя только это удивило? — приподнимает бровь София.

— Ну, про демонов я и раньше знала, — хмыкает она. — Подумаешь, прибавились к ним вымесы, ангелы и прочие уроды. А вот про возраст — да, чистый нокдаун.

— Маме только не говори, — подмигиваю.

— Неа, — скалится она. — Мне еще жить хочется.

Вика натужно вздыхает.

— Ясно, ты — демоник, а мир полно злых тварей, которых надо стереть в порошок, — описывает она новую для себя парадигму. — Что дальше?

— Дальше — через три дня я лечу в Афган, — отвечаю. — Гасить тамошних наркоторговцев. Ради попутки за счет государства я стал человеком цесаревича.

— Что⁈ — вскрикивает Алла.– Но он убил моего отца! Сговорился с дядей и поставил его во главе рода!

Замечаю, как София напрягается. Похоже, княгиня уже предугадала реакцию княжны.

— Знаю, — сдержанно говорю. — Если он виновен в смерти твоего отца — он ответит. Обещаю. Но не сейчас.

— Глупый Бес! — вскрикивает Алла. — Мне не нужно, чтобы ты мстил за отца! Я боюсь за тебя, хочу уберечь от его козней! — я закатываю глаза, а она прикусывает язык, поняв, что сморозила. — Ой. Прости за «глупый».

— Я уже решил, Ал. Я уже его человек. На время. А потом он станет трупом, если и правда убил Стефана.

Алла опускает лицо, коралловые губы дрожат, в глазах слезы. Боится, за меня боится, дуреха. Что ей рассказы про сильнейшего демоника, когда вот она сама видела отцовский труп. Ощутила на себе резак чужого коварства.

Вика вскакивает с места и обнимает подругу.

— Ну-ну, Бес сдюжит, он ведь стольких уже порвал.

Минуту черноокая княжна берет себя в руки, затем с нажимом отстраняет барышню:

— Всё нормально, Вик. Мы здесь не для этого, — она поднимает покрасневшие глаза на меня. — Я приняла и слушаю.

Немного потоптавшись, Вика усаживается на место. Я продолжаю.

— Пока меня не будет, берегите себя, мои дорогие. Везде ходите с охраной своего рода. Тебе выделит людей княгиня, — обращаюсь к Кали, она кивает. — Продолжайте ежедневные медитации. Всего лишь вопрос времени, когда враг узнает, кто такой Грозовой дьявол. Раскопал цесаревич — догадаются и остальные. Главное, чтобы это случилось после Афгана. Если заподозрите что-то опасное — сразу обращаться к Софии. Она моя правая рука во всём. И, Кали, уважай ее так же, как меня, пожалуйста. Пусть официально мы с княгиней не в отношениях, но это только официально. Фактически мы любовники.