Свои подозрения по поводу Кобаяси-тян я проверил следующим же утром, написав Акияме Момо.
Ниида Макото: Простите, что беспокою, Акияма-сан. Но у меня глупый вопрос. Как звали вашу прабабушку? Она сильно на вас похожа? Есть подозрение, что они были знакомы с моим собственным прадедом.
Акияма Момо: Акияма Рейка. У нас в семьей сохранилась архивная фотография с их с прадедом свадьбы в пятьдесят девятом. Я и правда немного на неё похожа.
Ниида Макото: А ее девичья фамилия? Кобаяси? Я не пытаюсь выведать контрольный вопрос для восстановления пароля от банковского счета. Уверен, он у вас куда сложнее.
Акияма Момо: Минутку, я у брата спрошу. Сама не помню таких мелких деталей.
Акияма Момо: Кобаяси Рейка. Вы угадали! И что же, получается, что мы с вами родственники?
Ниида Макото: Нет, скорее всего, нет. Но мой прадед мог быть пациентом вашей прабабушки.
Акияма Момо: Как потрясающе тесен мир!
Ниида Макото: Еще один момент. Мне на временном месте работы выделили кабинет, а на стенах –вот эти картины. Что скажете о них? фотография стены с работами абстракционистов
Акияма Момо: Вы шутите? Напишите, что это шутка!
Ниида Макото: Это шутка (но на самом деле нет)
Акияма Момо: Белый круг на черном фоне. Это же Ёсихара Дзиро! 40 миллионов йен на аукционе. А багровые вихревые мазки, выполненные маслом! Это Сирага Кадзуо или хорошая стилизация под него. Потрясающая коллекция! Черновая ее оценка —около миллиарда, если речь идет о подлинниках. Вы что, стали топ-менеджером крупной корпорации? Иначе откуда подобная роскошь? Или вы сами всё это нарисовали? Учитесь подражать не только Цукино-сенсею, но и другим великим художникам? Вы знаете, куда обратиться для продажи работ.
Ниида Макото: Это кабинет другого человека. Спасибо, что просветили меня.
Оказывается, жуткая мазня на стенах стоит кучу денег, сопоставимую со всем моим состоянием. Не бросить ли мне свою малооплачиваемую работу бухгалтера ради превращения в модного художника? Нет!
Глава 30
Интерлюдия. Камицуки Тайга, ученица первого года обучении академии Сэйран, последний член команды «Без обмана»
Лето закончилось. Тайге пришлось снова покрасить волосы в «естественный черный», смыть автозагар, вернуть юбке её обычную унылую длину, застегнуть все пуговки на блузке так, что удавиться можно, убрать яркие заколки и не менее жизнерадостные чулочки в складочку. Стать обычной, серой, блеклой, изображать, что ей интересна учеба. Примерно и старательно делать невероятно скучную домашку — попросту переписывать слова из памяти. Проверка навыка каллиграфии, а не знаний. Учителя уже привыкли, что ее ответы безупречны по содержимому и потому начали придираться к форме. Это так напрягает. Почерк у Камицуки страдал с начальной школы. Ничуть не помогает тот факт, что она помнит начертание всех пятидесяти с лишним тысяч кандзи, включая десятки тысяч самых редких, с какими нормальный японец ни разу в жизни не столкнется.