Плохое предложение, но ни мимикой, ни жестом я этого не показал. Плохое, во-первых, потому, что о жемчужинах я слышал только в сказках и продавать мне нечего. Историях, рассказанных наставницей, но все равно не имевших практического смысла. Например, была история о молодом самурае, укравшем у лисицы ее жемчужину, но устыдившимся и вернувшем сокровище. Взамен лиса-оборотень спасла ему жизнь много лет спустя, перебив устроивших засаду врагов.

— Сие есть предложение несерьезное. Две из трех статуй уже обретены, и даже договоренности по оным имеются. Сыскать оставшуюся, вот эту, не составит труда, коли у вас на сие ушло менее суток, — ответил я, — и ваша цена — она равносильна тому, чтобы продать душу, — сказал, больше опираясь на легенды, чем на практические знания. Но интуиция твердила, что выбрал правильные слова. В довершение открыл на смартфоне фото последней окаменевшей девушки, дабы не оказалось, что антиквар перехватит из-под носа у Хикару-тян их с Амано-саном находку.

— Вам не обязательно отдавать свой жемчуг. В Японии много лис.

— Нет. Назовите иную цену, — твердо ответил я. Не очень вежливо вот так категорично отказывать, но, во-первых, передо мной гайдзин со своими понятиями о нормах приличий, а во-вторых, я чувствовал, что его цена, без обмана, чересчур велика.

— Пятьдесят тысяч евро за недостающую лисицу, — легко пошел на понижение ставок Шварцкопф. Почти восемь миллионов йен. — Предоплата не требуется. Оставьте ваш номер телефона. Позвоню, как только буду готов вам её передать.

— Не буду наносить урон вашей и своей чести торгом. Сия цена приемлема, — денег было жалко, но не такая это и гигантская сумма. — И я готов выслушать цену за любые материалы исследовательской программы Аненербе, кои касаются кицунэ. Вы ведь архивариус и букинист.

На самом деле, материалы даже более важны, чем три несчастных подопытных лисицы, уговорить каковых на обратное превращение, подозреваю, будет непросто. Рей — счастливая случайность. Амацу-сенсей заранее знала, что пробудится и то никак своего ученика не слушала. Внешних признаков заинтересованности я, однако, не постеснялся показать. Сам факт того, что еще один человек оказался посвящен в тайну моей мистической сущности, не очень хорош. Но интуиция подсказывает, что и сам мой собеседник не так прост и стесняться его не стоит. Кто он? Спросить прямо будет потерей лица. Указанием на недостаток моей информированности.

— Добыть их очень сложно, есть документы, что не попадают в официальные архивы. Попробую, но обещания дать не могу.