И это проблема.

Нортис понимал, что теперь он для дознавателей — одна из главных целей. Прибыли они сюда не из-за него, но своими действиями он привлек к себе их пристальное внимание, и это мгновенно превратило его в объект для охоты. Сейчас у них наверняка хватает других забот, но как только все уляжется, а процесс успокаивания уже пошел, как только они разберутся с остальными задачами, они обязательно явятся и за ним. Будь на их месте кто угодно другой, например, прибывшие с проверкой полицейские центральных секторов, они бы могли рявкнуть на местные власти, потребовать отыскать негодяя, а сами убрались бы из этой дыры как можно скорее. Но только не дознаватели. Эти раз начали — закончат обязательно. И это не умозаключение, а громогласный факт, озвучиваемый самими дознавателями из десятилетия в десятилетие с регулярной холодностью метронома. Никто не уйдет от правосудия. Каждый преступник будет схвачен и осужден. И раз за разом их слова подтверждались делом.

Только один род преступников не подпадал под поиск федеральных дознавателей: те, кто уже побывал на суде или был осужден заочно, но сумел скрыться. Если есть утвержденный преступнику приговор — дознаватели в большинстве случаев отступаются. Правительство назначает за голову беглеца определенную сумму, и в дело вступают охотники за головами, широко известные как гроссы. И их задача — взять мертвым, а не живым. О них Нортис тоже читал и смотрел немало — в раннем детстве, искалеченный, он завороженно смотрел на бравых охотников и считал их крутыми безнаказанными палачами. А потом узнал, что гроссы убивают не «просто плохих парней», а тех, кто официально осужден и за чью голову назначена награда. Ну еще тех, кто мешает поимке смертника — тогда и они идут под убой, но их причастность придется подтвердить видеозаписями и прочими доказательствами. Узнав о сути работы охотников за головами, он мгновенно охладел к гроссам раз и навсегда — ведь его кровники не преступники, а элита общества. Они не были осуждены и официально вообще не причастны.

Вспоминая все это, Вертинский неспешно шагал пустыми коридорами, остановившись только пять раз за весь путь — чтобы вскрыть запертые технические переборки, должные отсечь от проникновения всякое отребье. Первые три препятствия он обошел старым проверенным путем: подключением к гнезду древнего замка браскома, запуском нужного приложения и секундным ожиданием. В предпоследней двери замок оказался заблокирован намертво, и киборг уже собирался искать на карте обходной маршрут, но вспомнил не раз прослушанную информацию о своих новых возможностях и решил испробовать метод грубой силы.