Прижимая Фэйру к своей груди, цеплял лезвием тонкие шнурки, стараясь не думать о том, как восхитительно она пахнет. Бархатная кожа принцессы была невероятно холодной, что создавало пугающий контраст между нами. В сравнении с ней я словно горел. Даже на миг показалось, что могу обжечь ее.
Конечно, я знал, что ликаны не столь восприимчивы к холоду как люди, но все равно продолжал удивляться.
Отбросив в сторону испорченную часть женского туалета, вновь бережно опустил девушку на одеяло, отстраняясь.
И вот тут-то я пропал. Не смог сдержаться, скользя взглядом по соблазнительным формам. Видимо от холода тугие вершинки сосков затвердели, вызывая порочные воспоминания о том, как ласкал их совсем недавно.
Сбившись с дыхания, моргнул, не в силах оторвать глаз от притягательного зрелища.
– Твою мать, – тихо зашипел, качнув головой.
Это наваждение сейчас было совсем неуместно! Фэйра ранена, одурманена, а я словно животное рассматривал ее, чувствуя себя жалким ублюдком, неспособным контролировать желания.
Звериная часть моей сущности просто не хотела слушаться, получая удовольствие от происходящего.
Раздраженно рыкнув, поспешно накрыл принцессу своим плащом и принялся за сапоги и брюки, еще больше пропадая, стоило остаткам мокрой одежды освободить нежную кожу.
“Держи себя в штанах! Это всего лишь притяжение крови! Наверное! – уговаривал себя. – Рован, соберись!”
Обычно у меня не возникало проблем с концентрацией. Да и женские формы, хоть и привлекали, но не сшибали с ног.
Сейчас же все было совершенно иначе. Возможно виной всему стал тот яд, что растекался и по моим венам, просто иммунная система ликана легче справлялась с ним. Или же я соскучился по этой девушке. Мне хотелось вновь прикоснуться к ней, вновь ощутить разгоряченное тело, отзывающееся на мои ласки, вновь услышать сладкие стоны…
“Нет, это уже точно не просто интерес! – сокрушался про себя, заставляя руки шевелиться. – Черт! Да что со мной происходит?!”
Думать, что Петра права, совершенно не хотелось, даже несмотря на то, что я знал, – Фэйра не останется со мной надолго. Как только проклятие будет снято, а я надеялся, что все именно так и случится, эта девушка станет свободна. Я дам ей развод и позволю уйти…
Дотянувшись до сухой туники, тяжело вздохнул и вновь откинул в сторону свой плащ, который служил защитой для принцессы не только от холодного зимнего воздуха, но и от моей неадекватной реакции.
“Соберись! – уговаривал себя. – Ну же! Думай о стригоях! Черт, да о чем угодно!”
Несмотря на попытки отстраниться, не обращать внимания на притягательные формы той, которую так отчаянно желал, тело ожило, вызывая во мне вожделение смешанное с чувством стыда к самому себе.