Глава 33. Сквозь страдания
Рован
Внутри все переворачивалось. Каждый крик Фэйры отдавался болью во всем теле. Зверь во мне метался в отчаянной попытке прийти к ней на помощь, но хуже всего оказалось то, что у меня не было сил, чтобы предотвратить эти мучения.
Хрупкой человеческой принцессе предстояло справиться с ними самостоятельно, если она хотела жить.
Руки все крепче сжимали дрожащее от жуткой агонии тело. В ушах звенело от жалобного плача, наполненного страданиями.
Мышцы Фэйры судорожно дергались каждый раз, как только сделанный на скорую руку тупфер, пропитанный противоядием, касался ран.
Я слышал характерное шипение, видел, как бурлит кровь девушки. Осознавая, какую боль она испытывает, чувствовал себя беспомощным.
Если бы было возможно, я бы пережил этот момент за нее, вытерпел бы что угодно, лишь бы она не страдала. Но такой возможности мне никто не дал.
За все время, что мой народ был знаком со стригоями, погибло слишком много поистине сильных и достойных ликанов. Раньше, каждая царапина, нанесенная этими тварями, служила смертным приговором, ибо вылечить такую заразу казалось почти невозможным. К счастью в результате нашим лекарям удалось решить столь сложную задачу, что уже спасло немало жизней.
И сейчас держа в крепкой хватке Фэйру, извивающуюся подобно змее, я мог лишь благодарить богов и сестру, за то, что спасение есть… Если бы Фэн не пришла, если бы не сообразила взять с собой противоядие, я потерял бы ее.
Стоило осознать это, и внутри все оборвалось. Когда мы ступили на земли Пустоши, идея пробраться по ним не казалась мне столь безумной. Я был слишком самонадеянным, а расплачивалась теперь за мою излишнюю уверенность слабая девушка, которую я должен был защищать. Крики становились все громче, все оглушительней. Ногти Фэйры впивались в мою кожу, а ее зубы сжались до скрипа. В какой-то момент я испугался, что она и вовсе сломает их.
Схватив край разрезанной туники, скрутил его и поднес к губам принцессы.
– Кусай! – потребовал тоном, не терпящим возражений, впрочем, сейчас эта упрямица была не в том состоянии, чтобы спорить.
На ее затуманенных болью глазах выступили слезы, стекающие по побледневшей коже.
– Немного осталось! – отозвалась Фэн, перемещаясь так, чтобы достать раны с моей стороны.
Новый крик, оглушительнее предыдущего, наполнил тишину ущелья.
Я был готов взвыть вместе с Фэйрой, но вместо это сжал ее еще крепче, укачивая словно ребенка, хотя это мало чем помогало.
От напряжения и чудовищного давления капилляры в глазах принцессы полопались, заливая белки красной пеленой.