А я порадовалась. Никогда не испытывала большой любви к пышным платьям с кринолином и тяжелым украшениями.
Выглянув из комнаты и отметив, что в коридоре никого, выскользнула за дверь.
На самом деле я даже удивилась. Казалось, что Рован поставит перед входом стражу, не ради моей защиты, а чтобы никуда не сбежала.
Хотя эта мысль быстро меня покинула. Стоило оказаться перед окном, и слух тут же уловил знакомый пугающий вой.
“О да, на побег решится только последняя идиотка! А я вроде никогда такой не была”, – желудок жалобно застонал, будто подтверждая мои слова, и я поспешила вниз, направляясь на звук голосов.
– О, а вот и сахарочек, – стоило переступить порог светлого помещения, как я тут же узнала возглас Барта.
За столом сидели несколько мужчин. Обратив на меня взоры, они улыбались. И я вдруг осознала кое-что, о чем не подумала, поглощенная своими чувствами – ликаны все слышали.
“Боги, я так кричала, что, наверное, весь Истон слышал! – дыхание мгновенно сперло, щеки вспыхнули, казалось еще мгновение и воспламенятся. – Стыдоба какая!”
– Голодная? – вырвал меня из собственных метаний вопрос Грейя.
Отчаянное желание вернуться, спрятаться в комнате, а лучше забраться под кровать и надеяться, что меня не найдут, на миг оглушило.
– Дитя, ты уже здесь? – в приоткрытой двери показалась знакомая мне женщина. – А я как раз хотела отправить к тебе помощницу. Нужно покушать. Садись, не стесняйся.
– Я… благодарю, – все еще с трудом справляясь со смущением, произнесла в ответ.
– Сахарочек, чего мнешься на входе? Мы не кусаемся, – подмигнул Барт, – ну если, конечно, сама не попросишь. А так, любой каприз.
– Эй, умник, есть запасная челюсть? – с прищуром взглянул на него Грейсон. – Потому что если Рован услышит, она тебе точно понадобится.
– Да я так, просто шучу! – фыркнул здоровяк, закатывая глаза. – Ты посмотри на девчонку, она аж побелела, нас увидев. Боишься? – вздохнул он. – Садись, мы правда неплохие парни.
Один неуверенный шаг, второй, третий… И вот я уже оказалась на лавке рядом с златоглазым мужчиной, обращающимся здоровенным косматым львом.
– Хорошо, что спустилась, – улыбнулась леди Ласэль. – А то словно затворницу закрыли в комнате.
– Она сама носа не высовывает, нас боится, – вновь заговорил Барт. – Я прав, сахарочек?
– Да замолчи ты уже! – закатила глаза женщина. – Болтун! Я думала Грей пустомеля, а ты…
– Эй! – раздосадованно буркнул парень. – Обидно вообще-то!
В ответ на дружескую перебранку, не смогла сдержать улыбку, чувствуя, как становится чуть легче.
– Не такие вы и страшные, – констатировала я, усмехнувшись от того, что совсем недавно тряслась в их присутствии словно осиновый лист.