От всякой помощи Флори отказалась, и Офелия вернулась на кухню таверны, где ей тут же нашли занятие — перебирать колотые орехи, из которых Сола готовила ликер. С ее скрытым талантом прозвище «стаканщица» приобретало другой смысл, о чем не преминул пошутить задира-разнорабочий.

Когда Офелия вернулась на чердак, комнату уже окутали сумерки. Единственный источник света — маленький керосиновый фонарь — стоял на полу. Флори лежала на животе, болтая в воздухе босыми ногами, и бубнила себе под нос, иногда замолкая, чтобы в задумчивости погрызть карандаш. Книг вокруг нее стало еще больше, а пол покрылся смятыми бумажками.

Флори почувствовала, что за ней наблюдают, и повернулась.

— Как дела на кухне?

Легкая улыбка коснулась ее уставшего лица. Офелия в ответ пожала плечами и сказала, что уже холодно лежать на полу. Тогда Флори сгребла в охапку записи, несколько книг, фонарь — и со всем этим добром переместилась на кровать.

— Есть результаты? — с надеждой спросила Офелия.

— Да, я исписала половину карандаша и истратила кучу бумаги.

— Думаешь, это поможет Дарту?

— Помогло бы, будь он продавцом в канцелярской лавке, — произнесла Флори с усмешкой, а в следующую секунду вновь стала серьезной.

— Тебе нужна помощь? Я могу рвать бумагу на закладки или искать нужную книгу… — предложила Офелия.

— Я сама, — ответила Флори, давая понять, что не нужно ее беспокоить.

Тогда Офелия затихла и легла в постель, понадеявшись уснуть и не мешать. Она долго крутилась с боку на бок, поправляла подушку, пинала ногами одеяло, закрывала глаза и считала овец. Встревоженное воображение превращало их в безобразных существ — пушистых, шарообразных, с бледными морщинистыми мордами, напоминающими смятую бумагу… Когда один из этих монстров потянулся, чтобы схватить ее за руку, Офелия вздрогнула и проснулась. В первые мгновения даже показалось, что кожа на руке зудит, будто и впрямь кто-то больно ущипнул ее.

— Эй, ты как? — спросила Флори, оторвавшись от записей.

— Просто страшный сон, — ответила Офелия и почувствовала, что в горле пересохло.

— Будешь ромашковый чай? Дес добыл для нас.

Офелия отказалась и достала из-под подушки книгу, решив, что чтение лучше горького чая, который почему-то нравится сестре. Судя по тому, как блеснули ее глаза, Флори сразу узнала обложку. Эту книгу из библиотеки Дарта Офелия прихватила случайно, когда в спешке покидала Голодный дом. Среди прочих вещей оказался и он — сборник легенд о безлюдях. Истории были короткими, Офелия осилила их за пару вечеров, а после перечитывала излюбленные отрывки. Ее не так интересовали безлюди, как сами легенды.