В какой-то момент мы оказались в космосе, но и на этом полёт не остановился. Мы неслись с невероятной скоростью, и мне оставалось лишь с затаённым страхом наблюдать удаляющуюся Землю. Что он, блять, затеял? И ведь не спросишь нихрена — я пытался, но даже сам не слышал звуков своего голоса.

Через минуты три этого полёта мы уже оказались на поверхности Луны. Стоя в каком-то кратере, я в шоке оглядывался. Что, вот так вот просто? Управляемым ракетам требуется около пяти суток, что бы сюда добраться, мы же пять минут назад стояли в парке на речном вокзале, а теперь хоба — и уже тут.

— Я не слишком хорош в том, что бы помогать кому-то своей энергией в перемещениях, — вздохнул Барраган. — Поэтому пришлось так долго тащиться до спутника вашей планеты. Думаю, у тебя есть вопросы? Задавай, постараюсь ответить.

— Почему Луна? — первым делом поинтересовался я.

— Потому, что я не хочу, что бы кто-либо знал о том, что я намерен сделать. В том числе и наш наставник, — ответил Барраган.

— И в чём причина такой скрытности? — напрягся я.

Первое впечатление об этом человеке было настолько обманчивым, что Барраган можно было смело ставить экспонатом в музее живых воплощений пословиц, поговорок и присказок. Конкретно он бы воплощал бы фразу — встречают по одежке, провожают по уму и первое впечатление обманчиво.

Поначалу он казался мне равнодушным и легкомысленным денди, который отрабатывает не интересную ему работу и старается развлечься в процессе по максимуму. Так было до того, как началось второе наше занятие в тренировочном комплексе. Он оказался… Ну, чувствительная и глубокая натура, тонко переживающая за мир во всём мире — точно не он. Но тем не менее под внешностью легкомысленного златовласого юнца скрывался внимательный, дотошный и весьма ответственный человек. И это не то, что бы подкупало, но внушало определённое доверие.

— В том, что я не знаю, чем закончится вся эта возня в вашем мире, — вздохнул он. — Прости, я не могу сказать слишком многого, Костя. И так, пожалуй, ляпнул лишнего. Но у меня есть стойкое ощущение, что Первый Игрок прикончит тебя к концу турнира. И кстати — думаю, финалы придутся аккурат на время вторжения вражеских армий на вашу планету. Как ты понимаешь, Москва — одна из приоритетных целей вторжения, так что бойня будет изрядная. К сожалению, у меня связаны руки и я не смогу ничем помочь в процессе вторжения, — вздохнул он. — Но кое-что сделать могу. Надеюсь, этого будет достаточно, что бы ты пережил финал битвы за будущее вашего мира.

Ответы, порождающие больше вопросов… Но цепляться к деталям я не стал. Барраган ясно дал понять, что сказал всё, что мог сказать вообще.