— Извините… — похоже, это слово было основным в лексиконе Жиги. — Не подумал.

— Не подумал он! — бушевала Дарк. — А мне как теперь Патрону в глаза смотреть? Как? Как ты, блядь, это сделал?

— Ну… у меня способность такая. Я могу напитывать предметы нестабильной магией. А потом взрывать. Больше ничего не умею.

— Охуительно, — вздохнула Дарк. — Дай угадаю: ты напитал кристалл?

— Ну… да.

— Прекрасно. Взорвать кристалл-накопитель, полный магических частиц. Ты совсем идиот или наполовину?

— Простите… Ну я это… рассеянный очень. Меня из академии даже выгнали. За рассеянность.

— Уверен, что за рассеянность? А может, ты что-нибудь там взорвал? — успокаиваясь, вздохнула Дарк.

— Кафедру огня поджег. Но это все по рассеянности.

Дарк заподозрила неладное, и вкрадчиво спросила:

— Скажи, а тебе это нравится? Взрывы там, огонь?

— Очень нравится, — простодушно признался Жига.

— Так я и думала.

Монахиня обреченно кивнула: ко всем психам, в бюро ублюдков добавился еще и пироманьяк.

Глава 5 Психи и романтика (часть 1)

Глава 5 Психи и романтика (часть 1)

Глава 5

Психи и романтика

— Так-так. Значит, вы не любите мигрантов?

Джо лежал на кушетке, и разглядывал паутину трещин на потолке. Она расходилась от центра правильными лучами, а в конце змеилась и упиралась в сколы. Он валялся здесь уже минут десять, ожидая, когда позволят уйти. Но большим запасом терпения Джо не обладал, можно сказать, держался из последних сил, чтобы кому-нибудь не навалять.

Кем-нибудь был доктор-магопсихотерапевт. Конечно, Джо явился к нему не по своей воле: убийце в кошмаре не привиделось бы обращение к мозгоправу. Во всем виновата была суровая комиссия по внутренним расследованиям. Строго допросив троих ублюдков, агенты его величества пришли к выводу: в сговор с мигрантом ликвидаторы не вступали. Люмика и Дворфа просто допустили к дальнейшей службе, а в Джо усмотрели психический надлом, и обязали пройти консультацию у доктора ведомственной лечебницы для агентов. Это было вдвойне обидно, будто делало Джо второсортным.

— Не любите мигрантов? — повторил вопрос доктор.

— А за что их любить? — лениво откликнулся убийца.

Мозгоправ ему категорически не нравился: пожилой, сухонький, с поджатыми губами и длинным, острым, как птичий клюв, носом. Доктор все время кивал, говорил «так-так», и напоминал дятла, продалбливающего дырку в черепе, чтобы подобраться к мозгам. Именно этого Джо и не собирался позволить.

— Но вы проявляете к ним агрессию.

— А надо что? Осыпать их цветами и угощать пирожными? Я ликвидатор, между прочим. Или может, их с любовью ликвидировать?

— Так-так… Но вы слишком отдаетесь процессу. Наверняка это что-то личное. Какие претензии у вас к мигрантам и тыквам? Они вас изнасиловали?