— А вот не надо сарказма, — став серьёзным, ответил Граб, — это действительно важно. И боюсь, уже ничего изменить не выйдет, нет у вас ни сил, ни возможностей.

— Так какого хрена ты молчал четыре дня? — не сдержался Петрович.

— Сбежать он надеялся, — ответил за пленного Клим. — Компания ему наша не нравится, не верит он нам. Думает, что мы с киберами как-то договорились. Правда, доказательств не нашёл.

Всё это Николаев прочел, просто посмотрев в глаза Грабу.Женю за прозрачной дверью скривило, похоже, он не ожидал, что его так легко расколют.

— Кто ты? — уставившись на Тарана, спросил он. — Ты не человек.

Клим покачал головой.

— Сейчас это не имеет никакого отношения к делу. Говори то, что сказать хотел, не трать моё и… — он посмотрел на Карину с Петровичем, которые с интересом слушали диалог, стоя у него за спиной, — и их время.

— Хорошо, — после минутного молчания, наконец, произнёс Граб. — Я шёл к Хантеру, надеялся, он поможет добраться до зауральцев, только они могут помочь. Но все, кого я тут у вас увидел, говорят, что бункера больше нет, и все, кто здесь, это то, что от него осталось.

— Тебе это ещё в первый день сказали, — пожал плечами Петрович. — Клим прав, давай покороче.

— А вы куда-то торопитесь? — усмехнувшись, спросил Евгений. — Вы, как крысы, сидите под землёй, что-то ждёте… Куда вам спешить?

— Это тебя е…ть не должно, — сорвавшись, зло прошипела Карина. — Говори, давай. Хватит болтологии.

— Я прошу гарантии, мне нужно, чтобы эта информация ушла и в республику. Я вам не шибко верю, поэтому вы отведёте меня в центр связи, я передам сообщение, и вы его услышите одновременно с ними.

Клим покачал головой.

— Не годится. Мы тебя не знаем, и верим тебе не больше, чем ты нам, и ты хочешь, чтобы мы отвели тебя в место, через которое получаем хоть какую-то информацию, на основе твоих слов, что у тебя секретные сведения о конце света? Это даже не смешно.

— Патовая ситуация, — хмыкнул Евгений. — Не будете же вы меня пытать? Или будете?

— Я уже не против, — сквозь зубы, едва слышно, прошептала Карина, но её расслышал только Клим.

— А и не надо, — покачал головой Таран и приказал ИСу открыть камеру.

Пленник замер, глядя, как прозрачная дверь отъезжает в сторону. Клим перешагнул через порог, почти мгновенно сокращая дистанцию. В маленькой камере отступать было некуда, Евгений сделал два шага назад, и упёрся в стену.

— Не бойся, ничего с тобой не случится, — успокоил его Клим. — Я просто узнаю всё, что нужно, и будешь дальше сидеть. А может, отпущу, всё будет зависеть от того, что я увижу.