— Ну входи, входи… — заговорил он с добродушной фамильярностью. — Антоныча референт, значит?
— Так точно.
— Что-то я раньше тебя не видел?
Говорил он грубовато-дружески, как со старым, но младшим знакомым.
Я в очередной раз объяснил, что я приезжий, такой-сякой… Он вновь смерил меня взглядом:
— Так ты сам бился в таких боях?
— Было дело.
— Где?
— В Сочи.
— О как! И тут, значит, хотите провести?
— Есть мысль.
Он хмыкнул, и здесь я, кажется угадал то, что он хотел бы, но не решается сказать ввиду своего служебного положения…
— А вы хотели бы взглянуть на такие бои?
Он помрачнел, как будто я перешагнул какую-то грань, которую в этом служебном мире надо четко видеть и ни в коем случае за нее не заступать. Я вмиг исправился:
— Нет, извините, вы меня, похоже, неверно поняли! У меня есть кассета с записью таких схваток в Бразилии. Хотите посмотреть?
Что-то мелькнуло в его глазах — видно, сопоставил мои слова с известным ему бизнесом Вадима Антоновича, сообразив, что я не пустозвоню.
А я внезапно понял про себя, что Антоныч — даже базаров нет! — подгонял своему сановному дружку такие видосы, о которых обычный человек даже понятия не имеет. И порнуху с извращениями, и, возможно, нечто жуткое, вроде ритуалов, снятых в закрытых клубах типа «Богемской рощи»… это уже во мне сработали знания человека двадцать первого века. Но естественно, смотрел я на чиновника со всем возможным простодушием.
— В смысле — есть? — осторожно спросил Евгений Николаевич. — С собой?
— Нет, вообще есть.
— Ладно, — неожиданно сухо сказал он. — Посмотреть можно. Эдуарду передашь. Телефон у него возьмешь для связи…
И он выразительно взглянул на «Тиссо» на левом запястье.
Глава 15
Мы с Эдиком поспешили распрощаться и выйти. Высокий чин бросил вслед:
— Эдуард, через двадцать минут зайди ко мне.
— Хорошо, Евгений Николаевич.
Когда вышли, Эдик слегка подтолкнул меня локтем:
— Ну что, Серега, теперь дело в шляпе!
— Ты так думаешь? — покосился я на своего спасителя.
— Уверен. Я ж его повадки знаю, как свои пять пальцев! Надо смотреть и слушать не то, что он говорит, а что между слов… между строк в смысле…
Я усмехнулся:
— Так какие здесь строки? Занимательная у тебя философия, братец.
Эдик вдохновился. Он, похоже, считал себя умным парнем, а главное — психологом. И прочел мне кратенькую лекцию, как по словечкам, ужимкам, обмолвкам шефа научился читать его мысли, желания, мотивы. Почти не ошибаюсь! — гордился он.
Тут Эдуард чуть не пустился было в затяжной рассказ о себе и своих дедуктивных талантах, но я вежливо его остановил, попросив сказать, что именно сейчас он вычислил в начальнике.