Потолок казался недостижимо высоким. Хм… Я точно не у себя дома. И даже не в какой-нибудь таверне. Где я?

Откуда-то справа послышались хлопки крыльев, и птица замолчала. Хех, так-то лучше…

Я вновь провалился в сон. Мне снилась Ольга. В сверкающих доспехах, без шлема, с развевающимися на ветру светлыми волосами и двуручным мечом в руках. Нежно улыбаясь, она кромсала в кровавые куски громадного дракона, между ударами мечом не забывая заправлять непокорные пряди за ухо.

— Фух, — выдохнул я, в очередной раз открыв глаза. Удивительную женщину я должен воскресить… Да! Должен… Обязан… Хочу! Нечего разлёживаться!

Я сел в кровати и огляделся. Ух ты! Я словно оказался в Версале, в королевской спальне! Из высокого окна льётся солнечный свет. Кругом золото и бархат, изысканная мебель. Лакированный столик возле кровати выглядит куда богаче, чем стол для заседаний в кабинете моего бывшего директора! А тот любил бросать пыль в глаза… И какие здесь обои? Тканевые? Круто! Разве что балдахина над огромной койкой, где я возлежал, не хватает…

Я спустил ноги с кровати и ступил босыми ступнями на мягкий ковёр. Не удержался и, нагнувшись, провёл по ворсу рукой. Нежный, как шерсть только что помытой и высушенной кошки-британки. Ещё раз обвёл взглядом комнату, зацепившись глазами за портрет мага в тёмном балахоне. Отчего-то этот человек казался мне знакомым, но…

«Бес с ним!» — мысленно махнув рукой, я направился к двери. Взявшись за деревянную ручку в виде львиной головы, осторожно потянул её на себя.

Дверь распахнулась, и я словно попал в иной мир. По ту сторону оказался тёмный коридор с серыми каменными стенами. Я посмотрел сначала направо, потом налево. Ни души, одни двери.

Хм… Помнится, я уснул на руках у Рольфа, как бы по-дурацки это ни звучало. Ну и где, спрашивается, он меня оставил? И где, собственно, они сами?

Я уже было хотел немедленно написать воину, но любопытство взяло верх. Переступив порог комнаты, в которой недавно проснулся, я повернул направо. В том направлении слышался едва различимый шум, постепенно приобретающий очертания человеческих голосов.

С каждым шагом голоса различались всё отчётливей. Я уже понимал, что доносятся они из открытой двери, что напротив широкого проёма в самом конце коридора.

— Да нет же, он не новенький в клане, глупая! — ворчала женщина, судя по голосу, уже пожилая. — Он важный гость. Иди проверь, может, он уже проснулся!

— Я ходила несколько минут назад, — обиженно отозвался другой голос, уверен, принадлежащий девушке.

— Да что ты… — дама лет шестидесяти в строгом чёрном платье замолкла на полуслове, увидев меня в дверном проёме.