Я встрепенулся и перевёл взгляд на отступника. Тот лишь покачал головой, тем самым дав понять, что тоже не смог бы выкупить свою шкуру.

— Это довольно большая сумма, — продолжала рога. — И далеко не каждый Герой в состоянии её потянуть.

Да уж… А ведь она права! Это мне на голову обрушились дары диги, и я едва не потерял связь с реальностью… Так, как мне, везёт единицам… Многим приходится скрупулёзно собирать один золотой за другим. Уверен, и у моих друзей не найдётся средств при желании выкупить себе свободу. Помню, с каким недовольством Рольф вспоминал эти штрафы…

— А другой Герой может внести плату вместо члена клана? — неожиданно для присутствующих выпалил я.

Задумавшись, рога прикусила губу.

— Не знаю… — спустя несколько секунд отозвалась она.

Мы молча сидели ещё какое-то время. Дез-кун всё так же любовался видом из окна. Элла болтала ногой и блуждала взглядом по гостиной. Я не мог понять, о чём думает сейчас эта девушка. То она вскользь поглядывала на отступника, то на меня, а то и вовсе на свои сапоги.

— Куда ты? — быстро спросила она, стоило мне подняться на ноги.

— Всё-таки сегодня большой день, — улыбнулся я. — Предлагаю все дела оставить до вечера. А лучше до завтра. Сейчас мне нужно выдвигаться в Гаверен. Вы со мной?

Прежде чем ответить, Элла повернулась к отступнику. Тот будто затылком почувствовал, что на него смотрят, и обернулся.

— Да, — неохотно откликнулся парень.

— Не хочешь — не ходи, — фыркнула рога.

— Нет уж, — он тут же поднялся на ноги, — не каждый день увидишь делегацию эльфов в людском городе. Как учёный я не могу этого пропустить.

— Хех, — она усмехнулась, — тоже мне учёный!

— Я — алхимик, между прочим, — обиделся Дез.

Оставив их препираться, я неспешно направился к двери.

— Ук! Ук! Угугук!!! — несвойственный диги яростный крик, доносящийся с улицы, заставил меня ускориться.

В два прыжка перепрыгнув через ступеньки крыльца, я приземлился на травку и бросился туда, откуда доносился звук.

— Едрить тебя в кирку, кошак плешивый! — сокрушался Брадур. — Добро наше захапать решил, мать вашу⁈

Мохнатое кольцо из тушек диги загораживало мне обзор. Я видел только в его центре головы Игумена, Герды да братьев Дана и Бана. Низкорослых дворфа и катишита разглядеть не представлялось возможным. Отчаянно работая локтями, я продирался в самый центр этого несанкционированного митинга.

— Ш-ш-ш!!! — возмущался «кот». — Да не вор я, мя! Мы, как и вы все, работаем на Ивана, мя!

— Работает он, мать вашу! А допуск где? Под хвост засунул, балабол волосатый⁈ Ух, мать вашу, вашу мать!