Не знал он и того, что каждый его удар, усиленный умением Ордена Справедливости, наносит такой урон, что можно было бы уничтожить небольшой узел.

Зато взгляд Хана, полный ненависти, и трясущиеся руки хтония служили ему отличной мотивацией. Поэтому Игорь снова и снова поднимал булаву, нанося размашистые удары по куполу.

А все остальные готовились вступить в бой, как только щит Хана сдастся под напором правителя узла. Войска Порядка — и защитники узла, и зверобоги — неумолимо сжимали кольцо по мере того, как уменьшалась площадь, прикрытая куполом Хаоса.

Он лопнул как-то совсем уж неожиданно, шумно исторгнув из себя потоки ветра. Игорь от близкого воздушного удара еле устоял на ногах, а вот войска Порядка не оплошали: с рёвом кинулись в новый бой, уничтожая порождений и пугая хтонов.

Отовсюду во врагов летели атакующие конструкты и метательные снаряды. Зверобоги атаковали снова и снова, выкашивая за раз десятки врагов. Метательные орудия посылали в портал камень за камнем.

И тогда Хан принялся бросать на землю какие-то предметы. Впрочем, догадаться, что он делает, было несложно. Особенно когда рядом с ним стали расти фигуры различных существ. Кто-то был маленьким, кто-то — гигантским. А парочка чудовищ и вовсе оказались исполинскими.

Возможно, успей он их выбросить раньше… Но Хан не успел. И многие твари, брошенные им в бой, умирали, так и не успев воплотиться в реальности. А те, что выжили, уже ничего не могли изменить.

На площадь у портала сплошным потоком вливались бывшие звери.

И в их рядах, само собой, были не только боги и божества. Это была огромная армия звероподобных прямоходящих существ. И у каждого из них имелись свои особенности, свои сильные стороны и свои редкие навыки.

Вся эта армия, вместе с защитниками узла, теснила силы Хаоса, метр за метром прижимая их к порталу. И в какой-то момент хтоны не выдержали — началось бегство. Разве что тупые и упорные порождения продолжали хоть как-то сопротивляться.

А снаряды всё чаще и чаще били уже не во врага, а в арку портала, заставляя бледнеть защитную плёнку.

И только Хан пока мог оказывать по-настоящему серьёзное сопротивление. Он кидал в наступающих врагов конструкты такой мощи, что те разом выбивали из строя по два-три десятка человек.

Неудивительно, что к выходу из лагеря вскоре потекла целая река раненых. Кто мог идти — тащил тех, кто уже не мог. И неважно, кого приходилось тащить — жителя узла или бывшего зверя. Здесь, перед лицом близкой смерти и хтонического бога, все были равны. И люди, и животные.

А Игорь пробивался вперёд, чтобы добраться до Хана. Ему были не страшны мощнейшие удары — их легко блокировал «чудодейный доспех рыцаря». Конечно, расход универсальных единиц был немаленький, но и запаса должно было хватить надолго.