— Тварь! — я выдохнул, понимая, что это более чем реально, и отмазать её при таком раскладе не получится. — Если с её головы хоть волос упадёт…

— А ты меня не стращай, мальчик, — прищурился Гиршман, словно забыл свой недавний испуг. — Слушайся, и никто их не тронет. А начнёшь дурить, получат по полной. Так что завтра жду к девяти утра в аэропорту. Паспорт не забудь. И язык за зубами держи. Сделаешь всё как надо — останешься с прибытком. Ты же вон дом покупать собрался, да в клуб Короля вложиться надо. Так что в накладе не останешься. Ну что, уговор?

— А у меня выбор есть? — я угрюмо усмехнулся.

— Конечно! — почти естественно удивился старый хрыч. — Кто ж тебя неволит?! Делай что хочешь, только пользу свою разумей. Ты же сейчас думаешь к Юленьке кинуться первым делом, так вот какая с этого польза? Предъявить мне нечего, а вот сестрёнка твоя сядет. А потом с родителями чего случится. На работе недостачу найдут или ещё чего, мало ли. Вот и думай, перед тем как что-то сделать. Понял?

— Ясно, — я скрипнул зубами. — Завтра в девять.

Больше нам говорить было не о чем. Это только в плохих фильмах да аниме герой или героиня может спрашивать у шантажиста, а вы, мол, точно меня отпустите. Ага, разбежался. Раз попался на крючок, это теперь навсегда. Вот только и выхода особого у меня не было. Я слишком мало знал о мире одарённых. Этот Гиршман фамильярно отзывался и об Обресковой, и о Скуратове. Может, это просто языковая привычка, конечно, но сдаётся мне, что всё гораздо сложнее.

Мог этот урод действительно их знать? Да запросто. Сообщество одарённых не такое большое, так что, вполне возможно, что они раньше пересекались. Другой вопрос, насколько мне это поможет. Судя по всему, Паук не гнушался самыми подлыми методами. Про гранатомёт я не забыл и никогда не забуду, что бы этот урод там ни говорил. Вполне возможно, что сунься я сейчас к Юлии, Гиршман отдаст приказ убить моих родных. Всё, что он говорил, мол, чисто попугать, бред. Верить ему может только полный кретин. Но и любой прибыток от него обернётся куда большей кабалой. Короче, куда ни кинь, всюду клин.

Я не знал, что делать. Всё упиралось в отсутствие информации. Я просто ничего не знал об этом Гиршмане, для того чтобы предсказать его реакцию на мои действия и защитить свою семью. Однако уже сейчас можно было сказать, что она будет очень жёсткой. Даже жестокой. Лазерные прицелы на своей тушке я не забыл. Паук собрался играть по-крупному, значит, я ему был нужен. Для чего — другой вопрос, на который дать ответ я пока не мог. Но завтра, по идее, что-то должно стать понятно, так что, возможно, имело смысл явиться в аэропорт.