Вот только сама молоденькая демонесса в последнее не верила. Как только она думала, что парень мог погибнуть, встречала сильное внутреннее сопротивление этой мысли. Поэтому для нее он был жив, только находится неизвестно где.

Междумирье, пещера демонесс.

Избавиться от «украшения» оказалось очень просто. У меня вообще создалось впечатление, что никакой там магии нет и в помине. Самым трудным было найти расстояние фокусировки. Делал я это лежа на земле. Сначала на свой палец искал, чтобы стало жечь, затем его убрал, опустил стекло на его толщину и стал дожидаться запаха горелого. Поначалу получалось плохо, но чуть приподняв лупу, почти сразу почувствовал запах дыма. Наверное, целый час я провозился с этим делом, получил ожоги шеи, а в конце уже разорвал его. Отбросив его в сторону, вскочил на ноги и побежал в северном направлении.

Наверное, это была странная картина — бежит паренек, держа в одной руке металлическую палку, а во второй бутылку. А было именно так, ведь рюкзака-то нету. Нож я засунул за пояс, а вот для остального места не нашлось. Несся я вперед, не различая дороги, только периодически оглядывался, причем на ходу, чтобы убедиться, что солнце находится сзади, а я бегу на север. Сколько я так бежал, не знаю, лишь только спустя пару часов до меня стала доходить странность события — я никак не мог выдержать такой темп настолько долго. Я бы еще мог понять, если бы во время бегства пил живую воду, но этого-то не было! Что-то с моим организмом произошло после того, как я отравился тем сурком. А может быть, это живая вода его таким сделала? Скорее всего, второе. Я так и бежал вперед, пока кто-то не толкнул меня сзади, отчего я покатился по траве.

Подняться я не успел, так как все небо заслонила собой голова черного цвета. И лишь мгновение спустя я понял, что это пантера. Это точно была не Багира, откуда-то я это знал или чувствовал. Страх поднялся волной, захлестнув меня всего. Я даже пошевелиться не смог, так как ужас сковал мои движения. И только часть сознания, которой на все было наплевать, сообщила, что хищник не рычит, не скалиться, а просто принюхивается ко мне, а значит, не собирается кушать меня в сию минуту.

Он понюхал голову, грудь, ноги и… сделал то, что и Багира — лизнул меня шершавым языком в лицо. Но именно это действие вывело меня из ступора и прогнало страх. Поднявшись, я недовольно сказал ему:

— А валить на землю обязательно надо было?

И не поверил своим глазам — в его взгляде я явно увидел укоризну. Причину не понял, но глядел он на меня именно так.