— Кто? — раздался сонный голос из-за двери после моего настойчивого стука.

— Открывай, сова, медведь пришёл, — отшутился я.

Однако створка и не подумала распахнуться.

— Ты бы харю вначале засветил, — попросил хозяин.

— Не могу, — покачал головой я. — Слишком светло.

— Тогда вали на хер, пока я в тебе дыр не наделал, — пригрозили изнутри. — Выродкам здесь не рады.

— А их запчастям? — Не таясь, я продемонстрировал окровавленный свёрток из простыни.

— Ошиблись адресом, — безапелляционно заявил он. — Свалил отсюда, пока я дружину не крикнул.

— Пф-ф-ф, — с шумом выдохнул я. — Да ты задрал уже, придурок! Это я — Брак.

— По лбу те херак, — буркнули из-за двери. — Ещё раз повторяю: харю свою засвети.

— Да чтоб тебя черти дрючили! — выругался я. — Смотришь?

— Допустим…

Действовать пришлось быстро. Скинув рюкзак, я сбросил куртку и рывком поднял майку, одновременно стягивая шапку. Выждал буквально секунду и поспешил упаковаться обратно. За это время кожу успело опалить солнечным светом, и мне показалось, что мягкая ткань превратилась в наждачку. Рукам досталось больше всего. Впрочем, всё это было терпимо, к тому же через пару часов от ожогов не останется и следа.

— Ни хрена себе! — донеслось из-за двери. — Брак, ты, что ли⁈

— Фил, я сейчас дверь вынесу, — начал заводиться я. — А следом и твою тупую башку.

— Если успеешь, — бросил хозяин квартиры и наконец распахнул дверь. — Стоять! — рявкнул он, направив мне в голову ствол обреза. — Руки в гору.

— Вообще-то, у нас ещё на воротах всё оружие забрали. Даже ножи.

— Да мне насрать, — ухмыльнулся Фил. — Давай, лапы к потолку и рожей к стенке. И не забудь ножки раздвинуть как можно шире.

— Я думал, мы друзья, — с укором произнёс я, но просьбу всё-таки выполнил.

Филин тщательно меня обыскал, не забыв даже прощупать промежность. И только покончив с этим, шагнул вглубь квартиры, продолжая держать меня на прицеле.

— Входи, только без резких движений. И учти, здесь вам не там. Завалю, и мне за это только спасибо скажут.

— Можешь не дёргаться, я к тебе по делу пришёл.

— Знаю я ваши дела, — хмыкнул он. — Чё надо?

— Сердца продать. — Я снова продемонстрировал ему тугой окровавленный узелок.

— Стой на месте. — Фил немного поколебался, но ствол всё-таки убрал.

Он прошёл вглубь квартиры и опустил рулонную штору на кухонном окне, отрезая солнечный свет. Я вошёл следом и дождался, пока он закроет дверь. Щёлкнув клавишей фонаря, он снял с верхней полки керосиновую лампу и, чиркнув зажигалкой, запалил фитиль. Тьма отступила, хотя мне она совсем не мешала. Теперь я мог прекрасно видеть даже в кромешной темноте. Я снова смог стянуть с себя майку, давая возможность опалённой коже подышать.