И как только я подумал об этой густой, багровой жидкости, меня снова накрыло. Обострился слух, обоняние и чёртова жажда. Всё моё внимание сейчас было приковано к палатке, от которой просто разило кровью. Мозг выключил из внимания всё, сосредоточив его только на брезентовом шалаше. Скорее всего, я бы бросился к нему и принялся слизывать кровь с грязного пола, если бы не Полина, которая снова подсунула мне под нос бутылку с синькой.

Сделав ещё пару глотков, я смог вернуться к реальности и не без труда, отвести взгляд от палатки. Жажда не отступала, как и чувство голода. Синька их лишь притупляла, и до меня наконец дошло, насколько тяжело приходилось изменённым. Принять эту жижу чтобы заменить ей настоящую кровь, было попросту невозможно и походило на бесконечную пытку.

— Ничего, — вздохнула Полина, — постепенно к этому привыкаешь. Тяжело только вначале.

— И что, нет никакого способа?

— Почему? Есть. Но он тебе не понравится. Хотя…

— Нет, людей я жрать не стану.

— Тогда только так. Ворон привезёт кровь. На какое-то время тебе это поможет, но дальше только синька.

— А если, ну… кровь выродков поможет?

— Не знаю, — пожала плечами она. — Я не пробовала. Хочешь? — Девушка вытянула руку, предлагая себя в качестве пищи.

— Нет, — отказался я и отодвинул её запястье. — Тебя я не трону.

— Да не переживай. Я уже обращённая, а рана быстро затянется.

— Я сказал: нет! — рявкнул я.

И вдруг… Полина замерла и уставилась в пространство, будто из неё вытянули всю волю. Потом поднялась и отошла от меня на два шага, где снова остановилась, глядя точно перед собой.

Я всё понял без объяснений. Девушка была права: я превращался в альфу.

Контроль развеялся сам собой, и Полина испуганно на меня покосилась. Она вернулась место и некоторое время молча ковырялась какой-то корягой в углях. Затем вздохнула и уставилась на меня.

— Не делай так больше, — попросила она.

— Я не специально, — ответил я. — Даже не понял, как это произошло. Я вообще не понимаю, как теперь работает моё тело. Оно словно чужое. Слух то включается, то выключается. Обоняние тоже сбоит.

— Ты привыкнешь. — Она положила голову мне на плечо. — Просто дай себе немного времени.

— Можно подумать, у меня есть выбор, — буркнул я и бросил взгляд на часы. — Рассвет скоро.

— Лезь в тачку. — Она кивнула на машину. — Мы специально её одеялами накрыли.

— Да я уже догадался. Что я там делать буду?

— Поспи.

— Не хочу. Мне нужно что-то делать, а не сидеть как пень. Не могу я так.

— Брак, просто пересиди один день, — попросила Полина. — Дай организму завершить изменения. А как стемнеет, свалим отсюда. Поедем навестим Коляна.