Такое со мной произошло впервые. Как правило, я стараюсь не мозолить глаза и работаю сам по себе. Отыскал одиночку, взял всё, что нужно, избавился от тела и скинул товар Макару. Получив своё, так же тихо продолжил искать следующего. Но на этот раз система дала сбой, начиная со сделки с Макаром.

Во-первых, он взял товар не торгуясь, что само по себе выглядело подозрительно. Во-вторых, ни с того ни с сего принялся допытываться, куда я тела деваю? А затем вдруг порекомендовал эту крепость, рассказав про кочегара.

Нет, тема-то хорошая. Но, похоже, здесь было что-то ещё. И теперь-то я понимаю, что именно.

Макар — тот ещё хлюст. Не удивлюсь, если он решил совместить приятное с полезным. Наверняка и денег вперёд взял за посредничество. За ним не заржавеет. Вот только рискованно это…

— А-а-а, чем чёрт не шутит! — выдохнул я и, выбравшись из салона, направился обратно в кочегарку. — Эй Митрич, не пальни там сдуру.

— Я тебе русским языком сказал…

— Да погоди ты, не ори как собака. — Я вошёл внутрь и прикрыл за собой дверь. — Ты уверен, что это инженер?

— Да пёс их знает, чертей этих, — пожал плечами Митрич. — Может, кто из людей его. Факт остаётся фактом: как только они в нашу крепость приехали, у нас уже двое сгинуло.

— А дружина что говорит?

— А ничего, — развёл руками кочегар. — Может, сами куда ушли, а может, и за стенами случилось чего. Они, знаешь ли, только за безопасность в периметре отвечают. В общем, нет тела — нет дела. Вот прям как у тебя, хе-хе.

— Они сейчас на заводе?

— Типа того. Всё налаживают что-то.

— Ясно, — кивнул я. — Ну ты, если что, печку-то не гаси.

— А ты не за меня волнуйся, а за дело своё. А уж мы в долгу не останемся.

— Мы — это кто?

— Не твоего ума дело, — огрызнулся Митрич. — Всё, вали давай, нечего от работы отвлекать.

— А у тебя когда следующая смена?

— В следующей жизни у меня смена, — усмехнулся кочегар. — Я живу здесь.

— Замечательно, — улыбнулся я. — Ну бывай, даст бог — скоро свидимся.

— Балабол, — отмахнулся Митрич и уткнулся в книгу, намекая, что разговор окончен.

Я вернулся обратно, за руль и снова вставил в рот самокрутку. Тихонько выругался, вспоминая, что и минуты не прошло, как я выбросил окурок, и убрал сигарету обратно в портсигар. Некоторое время я так и сидел, в задумчивости барабаня пальцами по рулю.

— Ладно, — выдохнул я. — Если что не так, у меня есть где схорониться.

Двигатель послушно затарахтел и я повёл машину к ближайшей гостинице. Завтра днём осмотрюсь, с людьми пообщаюсь. А там видно будет: браться за это дело, или лучше не рисковать. Очень уж сильно от него подставой пованивает. Но и руки чешутся. Это ведь как-то несправедливо выходит: за каждого изменённого девятый отдел носом землю роет, а как дело до людей — так их оно не касается? Нехорошо. Слишком быстро они забыли, сколько дерьма приключилось с тех пор, как объявились эти твари. А вот я помню, порой даже слишком хорошо…