Но не всё так просто. Типа подписал контракт и поехал в полк щеголять в белом кепи. Нет всё не так просто. теперь впереди учебное подразделение в городе Кальдерони в четвертом полку Иностранного Легиона. Теперь впереди 16 недель муштры и издевательств, последнее сито так сказать. Перед отправкой уже в полки для обычной службы.

Опять нас строят и в составе учебной роты ведут на ферму. именно так и называется барак в сельской местности и никаких коров и доярок там нет. Только злые и придирчивые сержанты и капралы. Опять каждодневные физо и изучение тактики и оружия и уставов. Звучит просто, но есть мелочь, которая превращает это в общем то простое и рутинное занятие в квест повышенной сложности. Всё здесь происходит на французском языке. Нет никаких поблажек не знаешь французский язык учи вместе со всеми и не выполняешь команду, потому что не знаешь язык это твои проблемы и проблемы твоего взвода. Так вколачивается братство легионеров — через коллективные упражнения на тактическом поле. Одно радует «дедовщины» нет, совсем нет. Малейшее проявление «дедовщины» и получают люлей все и сержанты и особо офицеры. Потому офицеры не покрывают любителей распускать руки. Орать — ори хоть посиней, но бить рекрута не смей. Первая неделя самая сложная отсев просто страшный, но мы с Моржом держимся. Нас поставили вдвоем. По правилам рекрутов делят на пары. Один в паре франкоязычный второй нет. Но в нашем наборе франкоязычных на всех не хватило. Потому мы вдвоём учим французский каждый день три слова. За месяц девяносто слов и после 16 недель учебки у нас должно быть в словаре триста шестьдесят слов и выражений. Должно хватить на итоговые тесты. Закончилась адаптация к армейской службе и пошла жара. Изучение оружия и строевые занятия полковые песни и песни легиона. И опять строевые занятия — 88 шагов в минуту. У нас же советская строевая подготовка — на самом деле различия небольшие. Но нас теперь считают немцами. Вот с чего — оказывается советская строевая очень похожа на немецкую и к нам уже немного другое отношение. Не сказать, что сильно лучше, но более уважительное. Немцы в Легионе оставили добрую память. Автоматы, с которыми бегаем полное дерьмо по сравнению с Калашниковым. Грязь и пыль выводят этот автомат сразу и надолго. Потому затвор всегда в чехле для защиты от грязи и пыли. Это хорошо на строевых занятиях — выходим на полигон и всё первое же переползание на огневой позиции и всё можно нас брать голыми руками. Механизмы автомата заклинило.

Значит надо перебирать и чистить. Понадобилось море времени что бы приноровиться к этому беспределу.