Все остались в темноте, чтобы привыкли глаза, а Царевич подобрался к распределительному щитку, посмотрел на эти скрутки, но разобрался, откуда питается подвал — подключились туда недавно и очень грубо.

Начали.

Свет погас, только музыка играла — магнитофон на батарейках.

— Птицы в клетке, звери в клетке, а на воле — вороньё!

— Лежать, ***! — взревел Газон.

Мы влетели внутрь, сразу устремляясь к тем, кого мы заранее определили, как самых опасных. Без автоматов, но инстинкты работали, будто мы устраивали зачистку здания.

Дальше — дело техники. Самым наглым по морде и уронить на пол, добавив пинками и кулаками. Кто пытался сбежать — перехватывали. Кто хотел взять какое-нибудь импровизированное оружие или заточку — тех били сильнее. Они дезориентированы, а лучи фонарей через окна их только сбивали. Пьяные обкурыши встретить нас не смогли.

— Лежать! — орал Моржов, как заправский мент.

Будь это реальный бой — положили бы всех за пару секунд вообще без потерь. Одна граната и пара очередей решили бы дело.

— Ну а ты куда, Копперфильд? — голос Шустрого звучал уже не так весело, как обычно. — Исчезнуть хотел?

— Вы чё, — гундел кто-то в темноте. — Вы чё, попутали, менты?

Сима хотел сбежать через окно в отдельной комнатке за общим залом, но его поймали и затащили назад за ноги. После пары гулких ударов он замолчал. Халява наступил ему на грудь, а Шустрый подобрал со стола кухонный нож с заляпанной ручкой и подошёл ближе.

— Ты с кем связался, падаль? — спросил он, распаляя сам себя. — Не того ты грабануть решил. Видел, как «духи» бошки режут? Показать?

— Бабки где? — я наклонился к нему. — Которые ты у десантника отработал, пока его брат на шухере стоял?

— Вы чё? — Сима начал приподниматься. — Попутали? Да я Налима знаю, он вас…

— Ты мелкий гопник, — перебил я. — И Налим за тебя вписываться не будет. Ты для него никто, с нами он из-за тебя ссориться не станет. Наоборот, ещё тебя самого спросит за это. А вот ты нашего товарища ограбил, и за это… думаешь, по понятиям накидать что-то сможешь? Не с теми ты связался.

Остальных разводили, кого куда, по темноте. Тут суетился Моржов, и он сделал хитро — сразу, пока горячие, заставить их писать явку и сдавать пахана, типа, он вас всех уже заложил, чтобы самому зоны избежать. Помогало, закладывали друг друга только в путь.

Заодно выясняли, кто именно был на квартире Верхушина, чтобы наподдавать им особо. Сами-то они распускали руки, так что им ответку вернули сполна. Кого посадят, кого нет, но получили все.

— В сейфе бабосы, — голос Симы дрогнул, когда он понял, что запугать нас на словах не выйдет. Когда он сам напугался, то больше не походил на серьёзного бандита.