— А для чего спрашиваете?

Климов поднял руку, улыбаясь:

— Чтобы разговор поддержать. День рождения у младшего брата Царёва — повод нам известный. И всё же пока что непонятный.

— В таком случае скажу, — произнёс я, — глядя на молодого, — что Руслан Царёв отправился поздравить брата, потому что обещал ему. А я с ним, чтобы не оставлять его одного. Учитывая обстоятельства, — я оглядел обоих, — шаг разумный. Разве нет?

— И какие обстоятельства? — начал напирать молодой, щуря глаза.

— Война, — сказал я. — На которой мы с ним оба были. Как вам должно быть известно. И какие проблемы могут быть у двух участников в компании чеченцев — вам должно быть понятно.

— Вот нам всё и понятно, — пожилой чекист Климов полез в пиджак. — Хотели убедиться, что мы с вами на одной волне. Мы…

Бах! Это не выстрел, судя по эху, это упала доска в основном зале. Возможно, уронил Шустрый. Слава Халява сматерился от неожиданности, а вот молодой чекист Олег заметно вздрогнул и огляделся.

А чего это ты так? Немудрено, что от резкого звука люди вздрагивают, но у этого аж испарина выступила на лбу. Да и взгляд на мгновение стал диким. Я такой видел много. Тоже «афганский» синдром? Так это явление часто называют, потому что заумное выражение «посттравматическое стрессовое расстройство» замучаешься каждый раз выговаривать. У Славика как раз такое, да и не только у него.

— Да парта ***сь! — закричал из соседнего зала Шустрый. — Столешница просто так лежала, не прикрученная, а я на неё сел.

— Осторожнее давай, — пробурчал Халява.

— Короче, мы хотели проверить гостей Темирханова, кого вы там видели, — Климов разложил на столе фотографии. — Сравнить, так сказать, данные.

Здесь снимки самого Султана и его дяди Аслана. На следующем какой-то старик в папахе с зелёной лентой, знак того, что он совершал Хадж в Мекку, но я его не знал, хотя лицо знакомое.

Затем два снимка бородатых мужиков, и их я тоже узнал. Этот снимок чёрно-белый, сняли его будто тайком на улице. На них два ваххабита из трёх, что были на дне рождения Тимура.

Один тогда возмущался, когда его чуть не сфотографировали. Правда, его самого на снимке как раз и нет.

Климов разложил фото и посмотрел на меня.

— Видел там всех, кроме этого, — сказал я, показав на снимок старика с папахой.

— А этого нет? — уточнил чекист.

— Лицо знакомое, и папаху будто видел. В Чечне, может быть, пересекались в каком-нибудь ауле. Руслан, не помнишь?

Царевич шагнул в кабинет, подошёл ближе и внимательно рассмотрел снимок, повернув его на свет.

— В ауле он был. Сидел тогда на лавочке, на нас смотрел.