БА-БАХ! Оглушительный взрыв потряс руины таверны. Осколки, проволока, битое стекло — все смешалось в смертоносном вихре. Кто-то из охотников вскрикнул. Еще один. Я пригнулся за опрокинутым столом, чувствуя, как осколки цокают по дереву. Газ шипел, отравляя все вокруг.

Из зеленого облака вывалился друг Песца, ревя от ярости и боли. Видимо, газ обжег ему кожу. За ним, спотыкаясь, вылетел Песец. Он вытирал кровь с лица. Весельчак, хихикая, уже отступал к разбитому окну, доставая что-то из кармана фиолетового пиджака… еще один артефакт, похожий на кривой кристалл.

— Не уйдешь! — проревел Васька Кулак, вынырнув из-за стойки. Его артефактная кисть свистнула в воздухе, но Весельчак был быстр и юрк, как змея. Удар пришелся в стену, оставив в ней глубокую вмятину.

Я выхватил кольт. Выстрел прозвучал мгновенно. Пуля чиркнула по плечу Весельчака, сорвав клок фиолетовой ткани. Он взвизгнул от ярости и возбуждения и швырнул кристалл на пол между нами. Тот вспыхнул ослепительной вспышкой тьмы, будто черная дыра полыхнула… На миг все погрузилось в абсолютную, давящую черноту. Яростный шепот заполнил голову, холод пробрал до костей.

— Скверна! Малая толика! — услышал я хрип Семена где-то рядом. — Берегитесь!

Тьма рассеялась так же внезапно, как и появилась. Весельчака и след простыл. Остались только разбитое окно, клочья фиолетовой ткани на гвозде и его скрипучий, удаляющийся хохот где-то на улице.

— Убежал, гад… — сплюнул Вадим, поднимаясь из-за укрытия.

Я осмотрелся. Двое наших были ранены осколками от гранат — один держался за окровавленное бедро, другой стонал, прижимая руку к разорванному боку. Они были живы. Им повезло. Газ рассеивался. Песец и Бармен, обожженные и злые, как черти, смотрели на нас с благодарностью.

Я подошел к авторитету, минуя обломки лужи крови. Шаг был твердым, хотя внутри все ныло от усталости. Сейчас нельзя было показывать слабость… Лишь — силу.

— Степан… — начал я ровным голосом без тени издевки, но и без подобострастия. — Рад видеть тебя живым! Хотя обстановка… — я оглядел руины его «Берлоги», — не самая подходящая для беседы.

Песец хрипло кашлянул, выплюнул сгусток крови. Его единственный глаз уставился на меня.

— Соломон… — он кивнул в сторону трупов налетчиков. — Значит, не только демонов жаришь?

— Мы, — поправил я, кивнув на своих. — Услышали шум. Решили помочь соседу. Мужская солидарность, так сказать.

Он фыркнул, но в его взгляде мелькнуло что-то вроде одобрения. Или понимания игры.

— Помог… — процедил он. — Значит, я теперь твой… должник? — он протянул последнее слово, явно ожидая подвоха.