Её объяснение не очень меня убедило, но натолкнуло на одну мысль.

— Кажется у меня есть идея, — повернулся я к Вике.

Рассказав суть моей задумки, я ждал её вердикта. Будучи опытной журналисткой и, проработав долгое время в бульварной прессе, она могла трезво оценить шансы на успех.

— В целом мысль очень дельная, — задумалась Вика. — Ты как бы признаёшься читателям, давая им больше объяснений, а не пытаешься отрицать. Это может сработать. Но тебе нужно убедить всех в этом и предоставить неопровержимые доказательства.

Доказательства. С этим будет сложнее. Какие могут быть доказательства у выдуманной версии? Хотя…

Я хитро улыбнулся. В моей голове сошёлся пазл. Самое главное, чтобы остальные участники моей небольшой афёры согласились.

* * *

Поместье Васнецовых

Атмосфера в огромном поместье была тяжёлой и гнетущей. Глава рода был чернее тучи, весь день не выходя из своего кабинета. Он со своими верными людьми пытались найти выход из сложившейся ситуации.

— Есть хоть какие-то зацепки? Кто мог это сделать? — гневно обратился он к главе службы охраны.

— Мы ищем, Иван Васильевич. Но пока у нас только убитый фотограф, чьи фото попали в прессу, — отчитался отставной военный.

— Ищите лучше! Нам нужны весомые аргументы, чтобы предъявить их князю, — рыкнул Васнецов на подчинённого.

Дверь в кабинет открылась и внутрь вошёл взволнованный помощник главы рода. Он подошёл и что-то прошептал купцу, после чего лицо последнего побагровело.

— Твою мать! — рявкнул он и со злостью стукнул кулаком по столу, из-за чего на стекле, защищающем дорогую древесину столешницы, пошли трещины.

— Пошли все вон! И чтобы принесли мне результат! Найдите кто это сделал, чего бы это ни стоило! — проревел Васнецов, после чего все присутствующие спешно покинули кабинет.

Он остался один. Ярость заполонила все его мысли. Ему только что сообщили, что Распутин расторгает их сотрудничество по нескольким направлениям.

Васнецов встал и плеснул виски в свой бокал. Ему необходимо было успокоить нервы. Он злился. И больше всего — на себя. Его интриги ударили по самому важному — по его бизнесу. Иван Васильевич понимал, что черезчур заигрался в аристократа, забыв о том, что самое важное — его бизнес.

Но сделанного не воротишь. И нечего сожалеть о своих поступках, нужно искать выход.

В дверь снова вошёл его помощник.

— Господин, приехал Даниил Уваров и просит вашей аудиенции, — безэмоционально произнёс он.

Васнецов поморщился. Сейчас ему противно было слышать это имя. Возможно, купец слишком многое позволил этому Уварову и подпустил того слишком близко. Впрочем, он понимал, что парень ни в чём не виноват и скорее является жертвой подковёрных игр самого купца. Поэтому, успокоившись, он приказал слуге привести гостя.