— За орден! — прокричал Беда. — Пид… мёртвые! — выругался он следом.

Теперь моя очередь настала коситься тяжёлым взглядом. Чего парень не заметил.

Да уж, да уж. Надо бы их официально принять, а то ещё не вступили, а лозунги — кричат. Да и мертвецов бьют, что куда важнее.

* * *

Следующие одиннадцать дней я катался по передовой. Не я один. Эмма присоединилась ко мне, и работали мы вместе. Её люди без дела не сидели. Не только нас прикрывали, но и делами ордена занимались.

Слухи разошлись быстрее лесного пожара. Уже на второй день ко мне стали подходить, спрашивать про орден, про нежить, про вступление и клятвы. Дарвин наловчился отсекать этих людей, брал их на себя, занимался просвещением. Иногда до меня допускал. Как он отбирал этих людей — одному ему критерии известны. Ни одного болтуна не пропустил. Все, так сказать, с серьёзными намерениями приходили.

И всё это на фоне продолжающихся боев. С мертвяками мы разобрались. Как-то быстро они закончились. Зато людей было много. Польская армия всерьёз задумалась о том, чтобы отжать рудники у Московского княжества. В чём ей активно мешали. В эти дни границу так и не прорвали.

Отчасти из-за того, что князь прислал ещё резервов. Отчасти из-за меня, который значительно снизил количество раненых. Отчасти из-за Славского, который тоже начал кататься по границе и участвовать в боях. Он ведь заметно прибавил в силе, что и демонстрировал. Поделился со мной, что людей ему теперь трудно убивать и он старается обходиться без этого. Мы прекрасно друг друга поняли.

Отдам Славскому должное. Он был силен и умел. Одного его появление было способно заставить чужое войско повернуть. Сам видел, как он выставил щит и держал удары сотни чужих техник. Враг тупо не мог пройти к нашим порядкам. А когда они выдохлись и Антон Павлович пошёл в бой, разнося танки, другие военные машины и просто вырубая солдат… Мораль противника была втоптана в грязь. Боевой дух наших солдат взлетел до небес.

И то, что Славский теперь выступал от имени ордена, говорило о нас лучше всего.

После того случая интересующихся стало куда больше. Отбирали мы тщательно, многим отказывали. Но и так спустя одиннадцать дней собрали первую сотню.

На поле боя затишье наступило. Поляки думали, что делать. Я собирался людьми заняться, клятвами и перестройками. Тот же взгляд надо открыть, не у всех он есть. А там и остальным.

Но не срослось.

Неожиданно пришёл приказ от князя. Он требовал, чтобы я немедленно явился во дворец.

* * *

Лорд Фаркус прочитал письмо от Диаза, что святой-целитель продолжает гулять по фронту, что вовсю ходят слухи про создание ордена, цель которого — бороться с монстрами и нежитью, что русская армия и не думает сдаваться, а вовсю бьёт поляков.