— Нет.

Нет так нет. Дуб не смутился, так и продолжил пялиться. Не всё время, но его пристальные взгляды я часто ловил и ещё чаще ощущал.

На текущем этапе перед нами, в общем-то, понятная задача стояла. Помимо восстановления, я должен был пройтись по границе, помочь раненым, разобраться с нежитью. Эмма присоединится ко мне завтра. Сейчас она занимается делами ордена, в основном отвечая на вопросы.

Я бы сказал, что это злой рок, снова возвращаться на ту самую точку, где сколько всего случилось, но нет. Никакого злого рока не было. Она находилась ближе всего, заодно являясь одним из ключевых мест. Иначе говоря, это была кость в горле противника, с которой надо было разобраться, чтобы спокойно пройти дальше. Поэтому да, ничего удивительно, что снова туда направились.

По пути на нас тройка мертвяков выбралась.

— Слабые, — высунулся из грузовика Стародубов. — Молодёжь… — бросил он взгляд на Дарвина.

Тот дождался от меня кивка, на что Дуб очень уж выразительно посмотрел. В который раз.

— Это теперь твои орденцы? — не удержался он от вопроса.

— Разве вы не для этого их передали под моё начало?

— Сколько тебе на самом деле лет, парень? — прищурился он.

— Смотря как считать, — ответил я, поглядывая на то, как Дарвин с парнями легко разобрал мертвяком.

Обычные трупы в солдатской форме.

— Они в нашей форме, — мрачно заметил Дуб. — Надо похоронить. Не поднимутся опять?

— Могут. Поэтому тела лучше сжигать. Мёртвым уже без разницы, душа ушла, а живым… Вы поняли.

— Сжигать неправильно… — поморщился Дуб и осёкся.

— Что такое неправильно, Евлантий Сергеевич? Уж не то ли, про что вам рассказали те, кто против сжигания тел?

— Ты прав, парень. Чёрт возьми, ты прав.

Надолго мы не задержались. Тела забрали. Вечером их сожгли. Быть может, это и правда неправильно. По отношению к родственникам. Которые не смогут проститься. Но так подумают только те, кто никогда не видел погибших и уж точно не видел поднятых погибших. Такое родственникам лучше не показывать.

Ещё пару раз останавливались, когда замечали аномалии. Выглядели они как плеши. Если подойти, становится тяжело дышать. Обычному человеку в подобном месте спонтанного выброса эманаций смерти лучше не появляться. Я не жрец, но подобие ритуала очищения изобразить могу. Что и проделывал. Проблему это полностью не решало, но в пару раз степень угрозы снижало. Дальше Эмма основательно займётся.

Надо бы ей подыскать себе учеников и учениц. Что прямо сейчас не особо поможет, потому что жрецы в первую очередь проводники воли бога, использующие его силу. Без Служения богу Эмма выезжает за счёт своей силы и мастерства. Иногда за счёт моей поддержки и того, что делюсь силой. Смешно, но мы будто бог и жрица в миниатюре.