— Брат, ты спятил⁈ — прошипел-прокричал Сергей.

— А может быть, это ты спятил? — гневно ответил Роман Юрьевич. — Покровительствуешь виновнику гибели наших родителей! На чьей ты стороне, Сергей?

— Ты точно спятил, — мигом успокоился Сергей, тон его сделался ровным, холодным. — Наших родителей убили мёртвые, и твоя борьба за власть, которую ты с чего-то решил начать, не прошло и недели со смерти нашего отца, приведёт к ещё большим жертвам и страданиям.

— Да неужели? — насмешливо ответил Роман. — А скажи мне, дорогой брат, — эти слова он произнёс ядовито, — что требовали так называемые мёртвые, которые захватили дворец? Разве они пришли за нашими родителями? Нет. Они пришли за ним! — Роман выставил палец в мою сторону. — Ты не думал, что этот липовый сирота с поддельной личностью и есть человек, который, стремясь к власти, спровоцировал весь этот конфликт⁈

— Ах вот оно что, — так же ядовито ответил Сергей. — Решил вывернуть ситуацию, чтобы укрепить свои позиции. Неужто испугался за своё положение?

— А мне стоит бояться за него? Наследник я, а не ты.

— Наследник, который трусливо отсиживался в поместье, пока я боролся за столицу и людей.

— Хватит! — рявкнул Роман. — Ты забываешься!

— А ты просто спятил!

— О да-а, — протянул Роман. — Наивный Серёжа, который поверил в сказки про доброго целителя и плохих монстров, которые желают нам зла.

Сергей на это промолчал. А вот Славский не стал и дальше в стороне оставаться.

— Мне вы тоже не поверите? — спросил Антон Павлович. — Мертвецы — это не какие-то сказки. Это суровая реальность, с которой мы каждый день на поле боя сталкиваемся.

— Антон Павлович, — княжич перевёл взгляд на бывшего воеводу. — Скажу честно, не ожидал вас здесь увидеть. Что воевода делает в столице? Почему вы не на фронте? Неужели тоже участвуете в заговоре?

— А в столице заговор? Не слышал. Прибыл же я сюда с целью защитить князя.

— И как, получилось? Очевидно, нет. Скажите, Антон Павлович, вы готовы принести мне присягу? Или вас можно записывать в предатели?

Княжич находился здесь один и вёл себя откровенно нагло. Так уверен в себе? Я сплёл технику Кузнецовых и убедился, что догадка верна: в соседних комнатах полно готовых к бою гвардейцев.

— О, молодой господин, как вижу, совсем не подготовился к беседе, — улыбнулся Славский. — Иначе бы вы знали, что я больше не воевода. Ушёл на пенсию. Теперь воевода мой сын, и присягу должен приносить он.

— Вот как? — изогнул бровь Роман, удивившись. — Приму к сведению. Тогда мне вдвойне интересно, что пенсионер забыл во дворце. При всём уважении к вашим прошлым, — выделил он это слово интонацией, — заслугам, ваши действия, Антон Павлович, выглядят как участие в заговоре.