Ему хотелось крикнуть соклановцев бежать, но он мог лишь смотреть, как трое высших принялись собирать жатву печальную жатву.

Клан Кусо никогда не славился наличием высших воителей. Они всегда гордились самым большим числом средних и средних ветеранов.

Вот только против настоящих богов войны единственное, что они теперь могли сделать — это умирать.

Теперь же он был вынужден смотреть, как все, ради чего он жил, превращается в пепел от пронзительно ярких фиолетовых лучей или смывалось ударными волнами, превращаясь лишь в размокший и перетертый мусор.

Третий Сумада носился по их двору с такой скоростью, что все его воины, что пришли поприветствовать вторженцев, умерли за считанные десятки секунд.

Последние из них пытались бежать, так как они даже не мыслили о сопротивлении, но воины Аоя не знали жалости.

Аой тоже не стоял на месте. Его водяные сферы были чем-то похожи на гравитационные бомбы, втягивая в себя все окружающие предметы, после чего сжимая их под немыслимым давлением.

Подчиненный высший Мизуно больше работал длинными водяными плетями, разрубая тех, кто пытался спастись.

Больше не было места для слов и милосердия.

Маленькие деревянные домики, бани, склады и прочие постройки — все исчезало в буйстве бездушной стихии.

Женщины, дети, старики, все они погибли за считанные минуты, даже не успев осознать, что их убило.

Душа Кусо разрывалась, пока он зачарованный страшным зрелищем смотрел на гибель всех своих родных и близких.

Однако боль душевная очень быстро сменилась болью физической.

Скрюченные пальцы Аоя пробили его плоть и вонзились, казалось, в само сердце, что в какой-то мере было правдой.

Пальцы дяди главы были вытащены, но рухнувший глава ныне уничтоженного клана этого уже не чувствовал.

Только что Аой использовал одну медленную, но действенную технику. Сорвавшаяся с его рук прана окружила и разрушила все идущие от очага праны праноканалы.

Он словно оборвал все нити клубка, оставив сам «шарик» висеть в полной темноте, попутно лишив Кусо возможности хоть когда-то вновь суметь стать воителем.

Боль была столь адской, что корчившийся глава семьи даже не почувствовал, как его подхватили за ногу и потащили в ту кучу, где уже лежало несколько тел.

Нетерпимо воняло гарью, которая быстро пропала, когда разрушенные эфиром остатки квартала окончательно залила водой Минору.

— Уходим, — коротко бросил Аой, разворачиваясь и не оглядываясь идя наружу. Следом за ним, спотыкаясь и падая двинулись пятеро выживших, которым суждено было стать примером.

Последним уходил Широ Змей.

Взгляд землянина печально обвел чей-то уничтоженный дом. Он затруднялся сказать сколько невинных сегодня погибло от его рук.