Из той же оперы было и нападение на дворец. Единственное отличие было в том, что в этот раз там были лишь хаоситы.

Опять погибшие и уничтоженный кусок дворца теперь радовал жителей города, своими посеченными стенами.

Тем не менее не смотря на то, что Стас больше не проверял Мизуно на наличие хаоситов, ему было чем заняться.

Ордынцева очень беспокоило психологическое состояние Кейташи. Кроме того, землянин не собирался до конца отпускать версию о сдаче главы Мизуно силам хаоса.

Да, вероятность последнего события была низкой, но учитывая то, насколько были высоки ставки, его нельзя было обвинять в излишнем недоверчивости.

Однако, если предположить, что Кейташи все же был собой, это не значило, что дни пыток разума прошли для него без последствий.

Молодой Мизуно был по душе Ордынцеву, что было большой редкостью. Его заразительный оптимизм и внутренний огонь были тем, что самому Змею решительно не хватало.

Кроме того, по сравнению с тем беспроглядным мраком, которым представало общество воителей, компания Кейташи была подобно мощному промышленному фонарю. Его доброта и желание быть милосердным были приятным исключением.

К этому стоит добавить и то, что глава Мизуно, без сомнений, был умен и знал, чего хочет от этой жизни.

Все вместе позволяло Стасу получать удовольствие от их совместных разговоров.

Но даже не смотря на все свои личные качества, Кейташи был обычным человеком. И ужасы хаоса так просто не проходят.

Именно поэтому Ордынцев, к большому раздражению Аоя, старался проводить как можно больше времени с Кейташи, оправдывая их продолжительные встречи необходимостью лечения. Пускай они оба знали, что это лишь предлог.

В то же время, хоть Стас и старался помочь, он понимал, что он не чувствовал того, что происходило с Кейташи, поэтому не мог в полной мере оказать ему поддержку.

Несмотря на это, у мужчины все же была кое-какая возможность, которой он без зазрения совести и воспользовался.

— Приветствую вас, прекрасная… — Кейташи с любопытством посмотрел на присевшую рядом с ним Минору.

Взгляд темных, словно омуты глаз ёкай встретился со Стасом.

— Минору, — улыбнулся, отвечая, Ордынцев, увидев, как немного дернулась ламия. Судя по всему, ее движение не прошло мимо и самого Кейташи.

— Не обращай внимания, — безразлично пожал плечами Ордынцев. — У Минору-сан очень натянутые отношения с ее народом. — Поэтому она предпочитает скрывать свое настоящее имя.

— Если бы кто-то не бросал мое имя направо и налево, это было бы намного проще. — съязвила Минору, совершенно не обращая внимания, как ее слова могут звучать. Но Кейташи ничуть не обиделся, более того, он с огромным интересом смотрел на холодную ёкай.